В сибирском зимнем стационаре, где все знают и любят лесного сторожа дядю Ваню, внезапно случается его свадьба. Но среди тостов и смеха гости начинают замечать странности: это далеко не первый его брак, а его взрослые пасынки оказываются старше самого жениха.
В подмосковном гаражном кооперативе, где после девяти вечера тишину стерегут только цепи сторожевых псов, ссора с девушкой загоняет героя в ловушку собственного гаража. За стенами слышны голоса подростков, которые чуют его страх и требуют открыть дверь, а когда он отказывается, смешок раздается уже у него за спиной.
Фельдшер Артём мчится на вызов в сибирскую деревню, когда на его глазах в поле падает неопознанный объект. Прибыв на место, он понимает: это не вертолёт, а нечто иное, а рядом с обломками лежит раненое существо, которому требуется помощь.
В подмосковном Горках умирающий Ленин читает Сталину рассказ Джека Лондона «Любовь к жизни». Сталин вспоминает странный случай в Форносово, где пять пуль, выпущенных в упор в грудь Ильича, не оставили на его коже ни следа.
В маленьком уральском городке 80-х во дворе появляется таинственная женщина в черном, чье лицо всегда скрыто вуалью. Местные дети прозвали её Черной тётькой, но однажды во время игры в прятки одна из девочек находит её убежище и выбегает оттуда в ужасе. С этого момента с ребёнком начинают одно за другим происходить странные несчастья.
Каждую ночь первого марта на перекрестке Инженерной и канала Грибоедова ждут тень Софьи Перовской с петлей на шее. Но культурный гид, зарабатывающий на легендах Петербурга, знает цену этим сказкам — пока бронзовый монумент не решает напомнить о себе.
В карельской глуши есть Мертвое озеро, где вода стоит черной гладью, а местные обходят его стороной. Говорят, здесь водятся гигантские лягушки и птицы без перьев, но страшнее всего — огромные комары, чей укус смертелен. Однако ходят слухи и о куда более жутких вещах, скрытых в темной глубине.
В захолустном поселке Требухово, где половина жителей — одна враждебная семья, психолог ФСБ допрашивает странного типа по кличке Козявка. Он ковыряет в носу до крови и утверждает, что разыскиваемый террорист Роман Казанков уже мертв, а его послание ждет у Хомячьего ручья.
В глухой сибирской деревне, под мерцание керосиновой лампы, отец рассказывает историю о возвращении домой осенней ночью. Сойдя с поезда, он решает срезать путь через лес, где встречает двух молчаливых попутчиков, которые ведут его по дороге, лишённой привычных ориентиров. Вскоре герой замечает, что ноги наливаются свинцом, а спутники исчезают, оставляя его одного в чернильной тьме.
Осенью 1972 года на окраине Нового Оскола в дом пожилой женщины постучалась странная нищенка в белой хламиде. У старухи оказались молодые глаза, а её пугающие речи намекали на нечто древнее и нечеловеческое. Отказавшись приютить её «мертвых детей», женщина осталась одна в доме, где вскоре послышалась возня на крыльце.
В дореволюционной Якутии мелкий князек завел наследника на стороне. Его законная жена, не стерпев обиды, отправилась к хищному шаману, чтобы тот извел младенца. Ночью колдун приступил к обряду с мертвой водой, но его магические камни упорно летели мимо цели.
Водитель автобуса Сергей ведет дневник выживания в мертвой Москве, где обычный грипп превратил людей в кровавые тени. Но когда он находит колодец у Кремля, его преследует не только голод и бандиты — запах горелого хлеба становится предвестником чего-то гораздо более личного и необъяснимого.
Выпускник Саша едет с одноклассником в глухую деревню на Амуре. Местные легенды о шаманской могиле кажутся сказкой, пока он не соглашается провести ночь рядом с ней. В таёжной тишине его ждёт встреча, от которой кровь стынет в жилах.
Молодой парень Денис едет на рассвете по пустынной дороге в ярославской глуши. Внезапно радио начинает повторять жуткий текст о висящем теле в белом платье, а вскоре на обочине он замечает бредущую женщину в длинном светлом платье, испачканном глиной.
В глухом якутском лесу, среди берёзовой рощи с неестественно ровными кронами, герой встречает девушку в лёгком платье — без рюкзака, без припасов, словно сотканную из тишины. Она знает его имя, смеётся в ответ на вопросы и исчезает так же внезапно, как появилась, оставляя после себя провалы в памяти и тревожный вопрос: была ли она вообще?
Чёрный десантный корабль доставил элитную спасательную группу в заброшенный городок Подмосковья, где из подвала доносится сигнал бедствия. Внутри они находят живую девочку, но вокруг начинают колебаться воздух и исчезать люди. Что скрывается в руинах, где даже тени ведут себя странно?
На московских Патриарших прудах среди домашнего скота появляется черный козел, которого не берут ни окрики, ни плетка. Местные пастухи уверены, что это нечистая сила, и обращаются за помощью к самому патриарху.
В заволжских степях XVII века беглый холоп Емельян Стеклодув, чья молва превратила случайную драку в подвиг, ищет армию Разина. Но лихорадка настигает его в пути, и в бреду он видит не только тайну будущей песни, но и то, что грань между жизнью и смертью уже стерта. Очнувшись у кочевников, он крадет их сбережения и случайным выстрелом взрывает царский арсенал, привлекая внимание самого атамана.
В московской галерее висит странная картина «Легенда белой ночи»: молодая дама в черном платье сидит в саду, её руки заложены за спину, а босые ноги скованы золотой цепочкой. Художник написал её после того, как получил от этой женщины приглашение на дачу ровно в два часа ночи — голос её был холоден, а разговор пугающе краток. Когда он прибыл, она уже ждала его на скамейке, связанная, с той же загадочной улыбкой, что и на портрете.
В то зловещее лето, когда горела сама земля, а небо по ночам становилось неестественно розовым, я жил в помещичьем доме, полном страха. Мы искали таинственных поджигателей, но настоящая угроза таилась не в огне, а в том, что начиналось, когда набат звал в ночь.
В палатке посреди тайги, где до ближайшего жилья сотня верст, четверо парней коротают ночи за страшными историями. Но когда запасы городских ужасов иссякают, местный рассказчик начинает повесть о дембеле, вернувшемся в родную Якутию, — и в его историю о гвозде лучше не вникать слишком глубоко.
