В забытой тайге, где брошенная лагерная ветка уходит в никуда, трое стариков доживают свой век в рыбацкой деревушке. Но река Мокрова больше не кормит — из её вод всё чаще поднимаются слепые и прозрачные рыбы-мутанты, а за лесом, в ядовитых болотах, стоит Чёрная Церковь, о которой не принято говорить вслух.
В сталинской высотке, доставшейся в наследство от бабушки, Николай находит запертый шкаф, который та строго запрещала открывать. Внутри, среди пыльных пальто, он обнаруживает нечто, заставляющее вспомнить о пропавшем без вести дяде-близнеце. Семейный архив хранит лишь две фотографии троих одинаковых мальчиков, но на них Гриша стоит чуть поодаль — словно его уже тогда пытались стереть из реальности.
В детстве Женю пугала передача «Курьи ножки» — местный аналог «Спокойной ночи, малыши» с куклами Лешего, Бабы Яги и Вия. Но однажды в эфире случилось необъяснимое: веко циклопа забыли опустить, и он смотрел прямо на мальчика из телевизора. Спустя двадцать лет Женя устраивается на тот самый канал, чтобы узнать, что скрывалось за этой странностью.
В заброшенном посёлке Южный, где из окон домов торчат руины, а в воздухе висит запах пыли и гниения, трое мальчишек спорят о местной легенде. Говорят, здесь ежегодно пропадают люди, а по ночам бродит Хозяйка — девочка-пионерка, замученная в гестапо, с крюком вместо руки. Егор хочет доказать, что это выдумки, но чем глубже они заходят в мёртвый город, тем отчётливее кажется, что за ними кто-то наблюдает из тёмных окон.
Заброшенная цистерна на холме манит шестерых детей, которым некуда податься этим летом. Но когда десятилетняя Лысик, прячущая под косынкой обритую голову, первой решается заглянуть внутрь, тишина вокруг становится слишком тягучей. Что-то в этой ржавой громадине ждало их появления.
В детстве мама складывала для меня бумажных зверей, которые оживали после её дыхания. Тигр Лаоху охотился на воробьёв во дворе, а водяной буйвол однажды прыгнул в соевый соус. Но я никогда не понимал, почему её магия работает именно так.
В заснеженном Коробейниково Снегурочка Кира замечает у обочины жуткого снеговика — точную копию того, что уже встретился ей по пути, только с ледяным посохом. Её напарник, угрюмый Дед Мороз, ведёт себя всё более странно, а местные пьяные гости напоминают языческих духов. Кто или что прячется в этой новогодней ночи, когда даже подарки не спасают от холода?
В захолустной квартирке, где алкоголик Колька Трифонов прожигает жизнь, его жена Зинка пытается спасти мужа от пьянства. Но все попытки — от врачей до гипнотизера — разбиваются о его буйный нрав и странную тягу к бутылке. Однако однажды в пьяном угаре Колька начинает бормотать то, чего знать не может, и Зинка понимает: за его запоями скрывается нечто куда более жуткое, чем обычная зависимость.
Женщина ловит себя на том, что смотрит на мужа с молотком и видит не ремонт, а идеальную возможность. Она знает, как легко столкнуть подругу с крыши или уронить младенца в ледяную реку — и пугается этих мыслей. Но когда муж внезапно зовёт её во Францию, она соглашается, надеясь, что смена обстановки поможет ей сбежать от тёмных желаний.
В ночном поезде, подъезжающем к Медвежьегорску, попутчица сообщает Миле, что слышит пение ведьм. Девушка сначала не верит, но вскоре и сама улавливает заунывный хор, льющийся из ниоткуда. Старуха уверяет, что это обычное дело для этих мест, но Мила не знает, верить ли ей или собственному слуху.
На безымянном плато Тибета, среди молельных флажков и запаха тлена, живет последний рогьяпа — старик Тинджол, который кормит мертвецами птиц. Но однажды, слушая землю, он улавливает нечто новое: из подземелий большого города к высокогорью движется то, что он называет драконом.
Снежная корка хрустнула под ботинком, и Саша понял: сорваться здесь — смертный приговор. Но когда лавина швырнула его на скальный уступ, он вдруг обнаружил, что холод больше не кажется враждебным.
Дрожит руль под ладонями, пылит июльская дорога, и кажется, что впереди только бесконечное лето. Но стоит другу позвать на озеро Звездочку, как безмятежный мир дает трещину, а в глазах приятеля загорается пугающий, незнакомый огонек.
Студент-биолог находит на дне темного водохранилища странный шар, похожий на резинового осьминога без глаз. Он приносит находку на пустующую биостанцию, где его друг уже ведет себя подозрительно. Что скрывается в тихой воде и за закрытыми дверями лаборатории?
Шестилетний Пашка впервые встречает Новый год в гостях, но вместо праздника получает ночь в одной кровати с вредным Вовкой. Перед сном Вовка бормочет: «Когда оно из-под кровати полезет, сначала тебя схватит», — и комната тут же превращается в бескрайний лабиринт страха, где игрушечные трансформеры скалятся, как гремлины, а плюшевый медведь в кресле голодно косится на мальчика.
В придорожной закусочной, среди пыльных чучел и деревянного быка с дверным кольцом в ноздрях, Женя признается жениху: в одиннадцать лет её похитил сумасшедший. Три месяца она провела в подвале, полном кошек, а теперь не может смотреть на этих животных.
В глухом лесу под гнилой луной, которая говорит с тобой, от погони не скрыться. Тени, пахнущие смертью, уже нашли свою жертву, загнанную в болото. Вопрос лишь в том, что именно они скрывают в черной трясине.
В старинной питерской квартире с высокими потолками и чучелами птиц Люба поселяется сиделкой к двум немощным старухам. Хозяйка, экстрасенс с телеэкрана, строго-настрого велит запирать их комнаты, но не объясняет, от кого именно нужно спасаться.
Мальчик Дима, фанат Дракулы, сбегает из дома ночью, чтобы отнести подношения к водоотводному тоннелю за трассой. Он уверен, что там обитает настоящий вампир, и готов на всё, чтобы встретиться с ним лицом к лицу. Но когда из темноты к нему выходит нечто, Дима понимает: его ожидания могут оказаться страшнее реальности.
Город больше не прячет свои секреты: среди стекла и небоскребов оживают древние культы, а бизнес-леди приносят жертвы в ливневки. Дана находит записку с мольбой в автобусном кресле и понимает, что за каждым ритуалом стоит нечто настоящее. Но когда она решает проверить границы этого мира, за ней начинают охоту бездомные с пустыми глазами.
Вернувшийся после полугодового отсутствия в детдом Серега Хвощ пугает друзей пустым, немигающим взглядом и полным молчанием. Он не реагирует на людей, словно ищет что-то, известное лишь ему, и никто не знает, что на самом деле скрывается за его ледяным спокойствием.
В промозглом ноябрьском поселке, где смерть под колесами лесовоза стала привычной рутиной, трое школьников-изгоев собираются на еженедельную партию в «Подземелья и драконов». Но сегодня за столом пустует место погибшего друга, а мастер приготовил для выживших нечто особенное — игру, которая начинается с поминального тоста, а заканчивается… странным стуком в дверь.
В деревне, где река Маглуша делит мир на «своих» и «городских», девятилетний мальчик встречает белобрысую девочку, которая знает его имя и зовет подглядывать за купающейся женщиной. Но в глазах семилетней незнакомки таится что-то пугающе взрослое — взгляд, который он уже видел однажды, и от которого по коже бегут мурашки.
В гостиной петербургского особняка знаменитый чтец Арбенин слышит собственный голос, записанный на фонограф, — но механический двойник искажает каждое слово, превращая декламацию в пытку. Никто из гостей не замечает фальши, однако сам Арбенин чувствует, как нечто чужеродное просачивается в его речь, высасывая жизнь из звуков. Вскоре он начинает слышать пустоту в собственных гласных — и понимает, что фонограф украл не просто голос, а часть его души.
В отделе разработки лекарств — ад: сроки горят, реактивы не списаны, а биоинформатик принёс странную модель. Пять процентов крыс упорно не усваивают новый препарат, и это не баг, а закономерность. Борису Алексеевичу некогда разбираться — дома его ждёт привычный скандал, но он ещё не знает, что самое страшное началось не в лаборатории.
Денис везет компанию в глухую деревню Враново, где не ловит мобильная связь, чтобы показать своей новой девушке место локальной легенды. В центре истории — бабка-травница из крайнего дома, которая видела людей насквозь, а однажды вернулась из леса с младенцем на руках.
Двое братьев идут сквозь безмолвный лес, где исчезли все звуки живого, чтобы проверить страшную легенду. В руке старшего — игрушечный пистолет, заряженный не пульками, а подобранными на улице камешками. Младший чувствует, как страх превращает тело в воду, и понимает: тишина здесь — не пустота, а чье-то присутствие.
Старик, месяцами не решавшийся пересечь озеро, наконец садится в лодку и гребет к проклятому берегу, где болото встречает его запахом болиголова. Среди мертвых деревьев и распятых на крестах покойников он ищет гнилую церковь, на алтаре которой дремлет нечто скорченное и безмолвное.
В заброшенной бане на краю вымирающей удмуртской деревни, где когда-то угорела странной смертью маленькая бабка Галя, Виктор пытается заглушить коньяком детское воспоминание. Но баня, кажется, помнит всё — и слепо смотрит на него перекошенными окнами, и что-то ворочается внутри.
В каюте теплохода, идущего в Антарктиду, писатель встречает капитана — прототипа героя своей повести. Капитан зол на выдумки автора, но его претензии кажутся странными, почти навязчивыми. А в рукописи пропавшего полярника уже мелькает образ чёрного стекла, о которое разбиваются зонды.
В заросшем тиной озере пробудилась голодная хозяйка, чье тело покрыто гнилостным илом и рыбьей чешуей. Внезапно воды окрашиваются алым, и к берегу прибивает десятки человеческих тел. Тем временем в деревню на похороны бабушки приезжает злой и расстроенный Никита, где встречает странную соседку Нюру, которая ведет себя так, будто ждала его.
В степи, где небо плавится от жары, а земля усеяна телами павших, дружинник Ёрш приходит в себя, придавленный трупом собственного коня. Среди кромешной тьмы и душных запахов он слышит голоса своих — но спасшие его воины ведут себя странно, а в темноте вокруг словно кто-то шевелится и шепчет.
Человек просыпается под забором в городе Нижний Порог, не помня ни имени, ни прошлого. В его душе поселилась черная птица, несущая неясную угрозу, а ночные улицы полны существ, чьи формы внушают ужас. Единственная зацепка — объявление, которое отказывается читаться, пока не окропится его кровью.
Юный граф-мизантроп, выросший в лесу с кривым лесничим, находит единственную отраду в охоте. Но когда заносчивый француз-гувернер ломает его драгоценное ружье, в душе мальчика просыпается недетская, выжидающая жестокость.
В бункере под Ленинградом, где саперы спешно готовят взрывчатку под гул советской артиллерии, оживают трубы. Спустя десятилетия черный копатель находит тот же бункер — и сталкивается с туристами, которые уже успели залезть внутрь.
В замке Касугаяма, на пороге эпохи Сэнгоку, великий полководец Уэсуги Кеншин молит богов о победе. Но его путь лежит не на поле брани, а в порт Нагасаки, к чужеземным иезуитам, чьи хитроумные витражи и странные обычаи манят его сильнее, чем аркебузы Оды Нобунаги. Среди вони и пьяного угара португальского трактира он ищет ответ, не подозревая, что самая страшная тайна уже ждет его за порогом.
В усадьбе Окрамов умирающий сэр Хью улыбается странной, мертвенной улыбкой, которая против воли передается его сыну и племяннице. В старом доме, где эхо повторяет проклятия, а склеп хранит жуткие легенды, влюбленные чувствуют, как тень этой улыбки ложится и на их лица.
В заброшенном городском пруду, где вместо живности — лишь тухлая тишина, двое мальчишек решают скоротать вечер за кассетой с ужастиками. Но дешевый хоррор пробуждает в одном из них нечто большее, чем просто интерес к страшным историям.
В пятницу, торопясь на последний поезд, герой сталкивается с нелепой случайностью: чужое зеркало разбивается у его ног, и он опаздывает на состав. Но когда поезд уходит, он видит в окне вагона своё собственное отражение, которое смотрит на него с торжествующей ухмылкой.
В заброшенном роддоме, где друзья прячутся от зимних морозов, есть колодец без дна. Плюнув туда на счастье, они не знают, что пробудили нечто, уже явившееся во сне к одному из них — безглазое, безгубое, тянущее руки из темноты.
В доме на отшибе Клавдия лечит сына Тёму от странной кожной болезни, превратившей его плоть в кору. Её методы заботы о детях пугают своей суровой изобретательностью, а ночные молитвы остаются без ответа. Но однажды тишину разбивает удар в дверь, и мать берётся за ружьё, чтобы защитить своё гнездо.
На похоронах деда-цветовода брат получил в наследство его знаменитую оранжерею. Через сорок дней на могиле старика появились цветы, которых никто из родных никогда не видел.
Старый шаман чувствует, что духи всё реже отпускают его из своего мира. Внезапный визит беременной женщины нарушает его дрему — её сын болен, но в землянке мальчика жар исходит не от остывшего очага.
На пустыре возле ночного гипермаркета внезапно возникло болото, откуда тянет не сыростью, а липким, осязаемым страхом. А когда из этой трясины на тропу выбирается бесформенная тень, законы реальности начинают давать сбой.
Эксцентричный миллионер Богдан, вопреки насмешкам всех вокруг, тратит состояние на строительство подземного бункера в лесу под Москвой. Его младший брат, тихий офисный работник, считает это безумием, пока мир не начинает рушиться самым неожиданным образом. Теперь двое выживших прячутся в стальных стенах, но радио ловит лишь обрывки помех, а за бронированной дверью бушует пустыня.
В ювелирный салон, спасаясь от ливня, врывается преуспевающий москвич — и замечает в витрине полупрозрачную тварь с длинными черными волосами. Оглянувшись, он понимает, что это лишь отражение продавщицы, но свет моргает, охранник нервничает, а девушка ехидно улыбается: «Опять?..
В полуподвальном баре «У Аллы» коротает вечера одинокий пенсионер Сан Саныч, которому врачи отвели считанные месяцы. Он приходит сюда перед визитами к своей дряхлой матери, и хозяйка заведения — единственная, кто не задаёт вопросов. Но сегодня в руках у старика пакет с большим ножом, а на экране телевизора показывают снос старого химзавода, где когда-то работала его мать.
В лесной глуши, где ветви сплелись в непроглядный полог, трое незнакомцев зажгли свечи в заброшенной избушке колдуна, чтобы травить байки по древней японской традиции. Первый рассказчик начинает историю о детях, отправившихся в ночной лес за кладом, но найденная ими кукла источает запах смерти.
Сенька ненавидит школу, но в этом году к привычной тоске примешивается липкий страх. В первый же день подошвы кроссовок начинают прилипать к полу, а в груди ворочаются камни, напоминая о том, что он увидел в зеркале туалета год назад. Школа, серая и неприступная, снова готова распахнуть свои ворота, но за ними — не просто уроки и одноклассники.
Ночной лес — не место для маленькой девочки в летнем платьице. Но она сидит под березой с раздутым животом и змеиным хвостом, свисающим изо рта. А на заправке в глуши два оператора становятся свидетелями того, как из чащи выползает нечто, сминающее колонки, как карточные домики.
