Третья печать

В блокадном Ленинграде, где смерть стала привычнее хлеба, истощённая Светлана выходит за пайком, которого ещё нет. На безлюдной улице она встречает мужчину, чей голос звучит слишком ровно, а взгляд слишком спокоен для мира, где люди умирают стоя. Он говорит о смерти как о чём-то обыденном, но сам будто не принадлежит этому голоду.