В трущобах Сарагосы солдат находит отрубленные головы капитана и товарища, ушедших за смеющейся арабкой. Теперь, спустя годы, в его камере корчится старик, и в руке рассказчика — меч.
Митя Слонов обнаружил на теле друга Олега ярко-красную полосу, которая появилась неизвестно откуда и не смывалась. Вскоре выяснилось, что с такой же аномалией столкнулись и другие люди. Что это — странная эпидемия, чья-то жестокая шутка или нечто гораздо более зловещее?
В спасательной шлюпке не хватило воздуха на всех. Последний удар перед побегом нанес не монстр, а тот, кому доверяла спину. Теперь на борту «Медеи» осталась только она — и тьма, которая умеет просачиваться сквозь стены.
В Корнуолле мировой судья Том Глэнвилл запретил опасные старые тропы, ведущие к заброшенным шахтам. Наутро после отказа местному учителю он находит на своем столе записку с угрозой, которую никто не приносил. Кто-то проник в запертый дом, чтобы оставить послание, и это лишь начало.
Заброшенный завод, где даже крысы бежали до того, как он стал по-настоящему мёртвым. Теперь здесь поселились те, кто не хочет уходить в ад, и единственный фонарь горит каждую ночь, отпугивая живых. Но что заставило бродячих псов с воем бежать отсюда, а сатанистов — обходить это место стороной?
Мама вернулась домой к маленькой Саше, но в привычный вечер врывается тревога: реклама контрацептивов, проповеди о материнстве и странная боль внизу живота. В мире, где всё стало розовым, а случайности страхуют таблетками, тишина кухни кажется обманчивой.
В развалинах поселка, где мертвяков давно перебили, парень находит молодую мертвячку, которая в ярости стучит тарелкой о бетон. Но вместо страха он чувствует необъяснимое притяжение к её странной, нетленной красоте.
Четверо уличных музыкантов гадают, куда пропал их коллега-скрипач. Мальчик с треугольником, навещавший его, молчит, а старшие вспоминают жуткую историю о мертвеце, который являлся к живым. Из старой газеты звучит отчет о вскрытии могилы в далекой деревне.
В святочную ночь, пока подруги гадают в избе, красавица Груша тайком пробирается в пустую баню. Заперев дверь и расставив на столе два прибора, она трижды произносит заклинание, призывая суженого на ужин. Но вместо жениха к ней ломится кто-то, от кого по бане разносится смрад жженой кожи.
В автобусе, полном каркающих туристов, он встретил девушку с глубокой царапиной на руке. На идиллической итальянской ферме, где солнце плавит воздух, их колени соприкоснулись под столом. Но когда тьма за окнами начала шевелиться, он понял, что эта встреча — не случайность.
В бескрайней Сахаре, у древнего храма, герой встречает странных существ, похожих на детей, от которых пахнет облепихой. Они бродят по ночам, а их лица поблескивают в темноте. Герой знает, что конец света начнется с него, и теперь он движется через пустыню к месту, откуда всё начнется.
В арбатском особняке, где каждый механизм подчиняется хозяину, Лиля Блох тщетно пытается угнаться за временем: часы врут, стрелки насмехаются, а муж всегда оказывается на шаг впереди. Единственное правило, которое она обязана чтить — никогда не спускаться в подвал, где находится его мастерская. Но сегодня тишину дома нарушает тонкое мяуканье из-за запретной двери.
В деревенском доме, натопленном к зимним праздникам, воцаряется жуткая тишина — все огни погашены, кроме лампад перед иконами. И только странница Машенька, седенькая и дробная, как девочка, бродит по пустым комнатам, читая псалмы и молясь… «божьему зверю, господню волку». Кто этот святой хищник с кровавыми глазами и золотым сиянием, написанный на церковном столпе над могилой убитого им князя?
Ночью к моей бытовке посреди заснеженного поля подъезжает машина. Сюда никто не заезжает случайно, а гости всегда приходят по делу, которое связано с сараем и тем, что скрыто в его бетонных недрах. В этот раз в багажнике привезли не просто груз, а кое-что живое и брыкающееся.
Раненый русский офицер, изнывающий от тоски в итальянском госпитале, находит приют в идиллической загородной даче. Но стоит ему ступить на эту райскую землю, как в живописной картине, полной солнца и покоя, начинает проступать нечто тревожное, скрытое за сладкой улыбкой пастушки.
В доме на отшибе Клавдия лечит сына Тёму от странной кожной болезни, превратившей его плоть в кору. Её методы заботы о детях пугают своей суровой изобретательностью, а ночные молитвы остаются без ответа. Но однажды тишину разбивает удар в дверь, и мать берётся за ружьё, чтобы защитить своё гнездо.
Валя спрятался в тёмном углу прихожей, чтобы напугать бабушку. Когда он выскочил с криком, пожилая женщина замертво рухнула на пол, но мальчик решил, что она подыгрывает. Он ушёл гулять, а вернувшись, застал её всё в той же позе, облепленную мухами.
В сырых туннелях Первой мировой, где воздух спертый, как в склепе, копщики роют братские могилы для невидимого врага. Но однажды напарник обернулся к солдату собачьей мордой с бараньими рогами и заговорил нечеловеческим голосом. Где заканчивается реальность и начинается безумие, если сама земля шепчет тебе в спину?
Никита Логинов смотрит в окно на играющих детей и не может оторваться — он готов сидеть так часами, забывая даже сглатывать слюну. Его отец, бывший алкоголик, готовится к отъезду и настойчиво твердит: «Пора». Но когда он задергивает штору, лицо Никиты искажает обида, и он начинает медленно подниматься, раскладываясь, словно телескопическая труба.
В отеле с бесконечным коридором сантехник входит в номер 518 к постояльцу с недобритым лицом. Тот слишком нервничает, слишком пристально разглядывает мастера, а на полу под батареей стоит тарелка с водой.
В разных уголках мира люди замирают в неподвижности с блаженной улыбкой на лице. Каждому из них перед этим встретился кто-то особенный — и взгляды их пересеклись.
На похоронах деда-цветовода брат получил в наследство его знаменитую оранжерею. Через сорок дней на могиле старика появились цветы, которых никто из родных никогда не видел.
Ровно в полседьмого в дверь к Семёну Григорьевичу, заставшему его за мытьём посуды, позвонил незваный гость. На пороге возник огромный рыжебородый великан в дорогом пиджаке и стоптанных кедах, который без приглашения прошёл на кухню и уселся на хозяйский стул. В полумраке старику почудилось, что пальцы незнакомца увенчаны жёлтыми загнутыми когтями, но при свете лампы рука оказалась обычной.
Старший преподаватель Чумаков просыпается в чужой квартире под кровавый дождь, капающий с потолка. Внизу его ждет похмельное летнее утро, мужик с ножом на шине и обещание грозы.
Следователь Смирнов находит на берегу реки труп девушки с документами. В её последний вечер подруга описывает спутника: высокий, почти лысый, с одним заплывшим и одним пронзительным глазом. Смирнова мучает чувство, что он уже где-то слышал это описание, но вспомнить не может.
Вернувшись из райского отпуска в Картахене, Оксана спотыкается о собственный чемодан и с улыбкой вспоминает потерянный день. Но наутро её тело начинает выкручивать дикая боль, а врачи в клинике разводят руками, не понимая, куда за неделю исчезла цветущая девушка.
На пустыре возле ночного гипермаркета внезапно возникло болото, откуда тянет не сыростью, а липким, осязаемым страхом. А когда из этой трясины на тропу выбирается бесформенная тень, законы реальности начинают давать сбой.
Деревенский дом хранит тайну старой швейной машинки и странный запах из подарочной коробки. Поля чувствует: за тихим Рождеством и суевериями родных скрывается нечто, что уже проклюнулось сквозь реальность.
В двух верстах от города стоит уединенный дом, где в летнее воскресенье осталась одна лишь горничная Дуня. Заперев дверь от воображаемых воров, она ждет возлюбленного, но вместо него в дом вмыкается страшный, небритый оборванец с убийственным взглядом.
Дима заметил на животе у щенка металлическую застёжку-молнию, а мама с ножом в руках настойчиво советовала заглянуть внутрь. Позже мальчик оказался в тесной пещере с колышущимся существом, которое говорило о крови и жилах, а папа показал ему длинный шрам на собственном животе.
В свинцовом мире, где океан грозит поглотить последние руины, подросток Сашка стоит на краю крыши, мечтая сбежать от жестокой системы распределения профессий. Но в городе, где люди пропадают бесследно, а зубастые твари охотятся даже днём, любое решение может стать последним.
В петербургском доме предварительного заключения, в одиночной камере, политический заключенный медленно сходит с ума от тоски. В осенних сумерках он проваливается в сон — или наваждение? — где оказывается в Москве и с ужасом узнает, что его невеста, оставленная в гостинице, уехала с незнакомцем в высокой черной шапке. Теперь он мчится по заснеженным улицам вслед за извозчиком, который везет его в неведомую часть города, где начинают стираться даже названия переулков.
В школе № 18 у Андрея Сугимото началась очередная глава знакомой пьесы: новое место, чужие насмешки и три японских кедра во дворе, чьи ветви, кажется, тянутся именно к нему. Но в этот раз за партой рядом оказалась девочка с карими глазами, а за спиной — деревья, чье присутствие он чувствует слишком остро.
В полутемном кабинете писатель смотрит в окно своего двора-колодца, где жизнь застыла между умирающими стариками и ушедшими на войну. Его внимание приковано к квартире напротив, где одинокая старуха неподвижно сидит в кресле, пока её голодный кот и мечущийся в клетке попугай остаются без присмотра.
Водительница сбивает на ночной трассе странного зверя, похожего на собаку с могучим хвостом. Пробив радиатор, она застревает в глухом ледяном лесу, а из-под машины тянет запахом крови и паленой шерсти. Но когда она сообщает о случившемся, ей отвечают, что никаких ДТП с животными в этом районе не зафиксировано.
В кабинете гадалки Боны стоит хрустальный шар и сидит в клетке ворон по имени Легион. Её дар — находить пропавших людей по их вещам, но в последнее время гадалок в городе убивают. Очередная клиентка пришла не за помощью, а с пистолетом и желанием ускорить смерть беглого мужа.
Одинокий ветеран Иван Самойлов, живущий в доме на отшибе, каждый вечер кормит ворон, слетающихся к заброшенному костелу. Соседи считают его полусумасшедшим пьяницей, но никто не замечает, с каким ужасом он смотрит на этих птиц. Сегодня, когда вороны внезапно взмывают в небо и начинают кружить над крестом, Иван понимает: наступает та самая ночь.
В глухой пермской деревне, заметённой лютой вьюгой, журналист ищет разгадку пятидесятилетней давности — исчезновения целой деревни и автобуса, сплющенного, словно игрушка. Местный старик, дядька Жебег, хранящий ледяной взгляд и древние имена, начинает рассказ о Хозяине леса Ворысе, но его слова тонут в металлическом гуле, доносящемся из-за окна.
В баре на краю света незнакомец в обмен на виски рассказывает о заброшенном доме в лесу, где живет русская старуха. Дождь хлещет, мост дрожит, а на веранде появляется сгорбленная фигура в грязных юбках. Она говорит без акцента, но от ее дома и запаха веет такой древней тоской, что хочется бежать обратно к пикапу.
Валерка, промышляющий мелким воровством, проникает в дом столичного археолога, пока тот развлекает его сестру в парке. Внутри он находит не только деньги, но и странный сундук, а в записной книжке хозяина — стихи о «повелителе и рабыне». Скрип половиц в пустой комнате заставляет его усомниться, что он здесь один.
Два брата-близнеца, неразлучных, как отражения друг друга, играют на берегу реки. Один отвлекается на пойманного ужа, а когда поднимает голову — второй бесследно исчезает, оставив лишь тихий плеск воды. Спасая брата со дна, мальчик вытаскивает на берег бездыханное тело с застывшим взглядом.
В самолете, заходящем на посадку над бескрайним океаном огней Москвы, Диму накрывает давнее, обострившееся чувство пустоты. В городе-монстре, где миллионы равнодушных глаз, он ищет исчезнувшую девушку, но каждый шаг лишь подтверждает: вокруг лишь безликая толпа, в которой так легко потерять себя.
В старой прописи, найденной женой в родительской кладовке, буквы шевелятся. В котлете копошатся жучки, из крана течет песок, а пол по ночам становится липким. Артему кажется, что прошлое, от которого он отмахивается, начинает прорастать в его настоящем.
Старый чёрно-белый телевизор «Рекорд» снова погас, оставив мужчину в тишине пустынной дороги. Он привык к одиночеству и к тому, что городок завтра будет говорить о новой жертве, но в эту лунную ночь он боится не внешней угрозы, а самого себя. В кузове его фургона лежит связанная девушка, и он достаёт инструменты, чтобы проверить, насколько искренней может быть её боль.
В лесной глуши, где ветви сплелись в непроглядный полог, трое незнакомцев зажгли свечи в заброшенной избушке колдуна, чтобы травить байки по древней японской традиции. Первый рассказчик начинает историю о детях, отправившихся в ночной лес за кладом, но найденная ими кукла источает запах смерти.
В заброшенной пусковой шахте, уходящей вверх на десять этажей, трое сталкеров находят нечто, что не должно было существовать. Проводник ведет группу через лабиринт подземных коллекторов, где даже изученные туннели меняются, а ритм шагов начинает пугать своей синхронностью. Здесь чище, чем в обычных заброшках, и кто-то явно не хочет, чтобы они ушли тем же путем.
Вера никак не могла забить гвоздь в ворота, а её дочь Аня притащила из леса странный чёрный штырь, похожий на старый кованый гвоздь. Девочка не знает, что это, но ей почему-то очень хочется держать находку при себе.
Вампир, уставший от вечной охоты, встречает в парке девушку с потерянным взглядом, похожую на призрак. Он идет за ней, но она бесследно исчезает в темной улочке. Очнувшись, он понимает, что связан в незнакомой комнате, а рядом с его мучителями стоит та самая незнакомка.
В норвежской деревне с названием из одной буквы двое друзей готовятся к походу на запад, где за пустынными скалами начинается стылое море. Но дорога ведёт мимо пустых хьеллей с гниющими рыбьими головами, а небо над ними тяжелеет тучами, которые, по прогнозу, должны обойти стороной.
В мертвых кварталах Детройта антрополог Митчелл Деньер записывает истории бездомных, но в канун Хеллоуина его ждет не просто вечеринка у костра. Старые друзья рассказывают о пропажах и бесплотных тенях, а в воздухе повисает нечто, не имеющее отношения к холоду.
