8 рассказов в каталоге
В арбатском особняке, где каждый механизм подчиняется хозяину, Лиля Блох тщетно пытается угнаться за временем: часы врут, стрелки насмехаются, а муж всегда оказывается на шаг впереди. Единственное правило, которое она обязана чтить — никогда не спускаться в подвал, где находится его мастерская. Но сегодня тишину дома нарушает тонкое мяуканье из-за запретной двери.
Евген просыпается в идеально выверенном мире умных гаджетов и комфорта, но в 5:55 его настигает ледяное знание: Оля Пялкина умерла. Чёрная дыра в груди не лечится ни Моцартом, ни тёплым полом — и голосовой помощник «ВДАЛь» вместо ответов предлагает лишь древнее слово «Эрос».
В заброшенном поле, куда Наташу привел незнакомый мужчина, апрельское солнце печет не по-весеннему. Среди сухих колосьев ей мерещатся девушки с серпами, а из-под ног бросается обезумевший горностай. Местный старик требует что-то найти, но в поселке, где каждый встречный ведет себя странно, Наташа начинает сомневаться: что именно она здесь ищет и кто эти люди на самом деле.
В закрытом отделении института имени Сербского, среди архивных голограмм и картин за шесть нулей, скрывается художница с диагнозом «вялотекущая шизофрения». Но её буро-коричневый мир, застывший ледяной накипью на веках, оказывается слишком реален для тех, кто осмелится заглянуть в него.
В центре стола лежал царь-арбуз, лукаво подмигивающий семечками, а жирная муха увязла в бутерброде, глядя на Захара молящими фасетчатыми глазами. Проснувшись, он обнаружил, что личинки в мушариуме пахнут арбузом и доедают вчерашние корки — но было ли это сном?
Прораб Колян Северский привык заколачивать копейку и любить жену с дочкой, но с октября его грызет Тоска — не хандра, а живая тварь, что выматывает душу в нитку. Дома она сжимается до крохотного сверла в виске, а по ночам ложится на грудь, не давая дышать. Колян покупает билет в Тутуновку к матери, с которой за пятнадцать лет так и не познакомил семью, и чувствует: эта поездка — не просто отпуск.
Рыжие женщины манят его, как маяк в тумане. В пабе он встречает огненноволосую певицу, и ночь заканчивается на холодных холмах. Утром его вызывают на место преступления, но в аэропорту его ждет безумная сестра, которую не выпускает проклятый остров.
Бег от шторма, море дышит в спину, а на горизонте зависает кит. Ты тащишь за руку того, кто слабее, но соль разъедает горло, и силы тают с каждым вздохом. Вода смыкается над головой, и последнее, что ты видишь — чье-то лицо, застывшее в гигантской капле.
