Над мутной гладью астраханских раскатов всплывают дохлые судаки, а руки женщины-егеря покрыты странными свежими ранками. Дмитрий Самохвалов приехал за трофейным жерехом, но его лодочница слишком хорошо знает эти протоки — и слишком спокойно вытаскивает из воды гниющие сети.
На пляже у заброшенного радиотелескопа РТ-70, где воздух пропитан радиацией и солью, Аля с подругой присматривают за младшим братом. Но местные красавчики, подкатывающие с просьбой об одолжении, — не единственная странность: в море, куда убежал мальчик, таится что-то, что не желает, чтобы его тревожили.
Весенним утром грузовик увозит в туман двадцать четыре единицы «биомассы», а сержант, похмельный и невнимательный, клянётся, что пересчитал всех. Но стая, запертая в кузове, — не овцы, а водитель уже не уверен, что дверь выдержит дорогу.
В ранний майский вечер Евгений встретил на террасе у реки девушку, которую помнил по немому знакомству месяц назад. Он не знал ни её имени, ни того, откуда она, но её образ преследовал его в снах и навязчивых попытках нарисовать портрет. Теперь она идёт той же дорогой в степной район, где он недавно поселился, а ночью в его окно бьёт слепящий свет прожектора из её дома.
Семьдесят четыре года патрульный Росс Уоттс мечтал показать жене Ниагарский водопад — и вот они здесь, на смотровой платформе, под дождём, который напоминает им о дне знакомства. Но за спиной у пожилой пары не просто долгая жизнь, а страна, рушащаяся под натиском вируса, воскрешающего мёртвых, и их тёмно-красный «Форд Краун Виктория» — последнее, что отделяет их от бегущих на север толп.
Осенний город встречает вернувшийся с войны отряд — измученных солдат в мокрых шинелях. Женщина бросается к одному из них, называя Семеном, но в его взгляде читается не только радость.
В посленовогодней суматохе на даче, кишащей незнакомцами, Алиса застает своего мужа, нежно обнимающего другую женщину. Решив разыграть спектакль оскорбленной невинности, она хватает ключи от машины и выбегает в ночь, чтобы уехать домой. Но в белом безмолвии заснеженного двора её ждет нечто, что превратит ревнивый побег в настоящий кошмар.
В прокуратуре тихо, только ветер скребётся в запертое окно. Уборщица Елизавета Михайловна ждёт, когда начальство закончит совещание, чтобы убрать кабинет. Но старший следователь Громов остаётся внутри один — и дверь за ним не закрывается.
В Рейкьявике, где английские катера терпят крушение прямо у причала, маленький Снорри собирает на свалке сломанные вещи — они для него милее новых. По ночам к нему приходит Мать свалки, темнее самой темноты, и учит, что истинная красота — в разрушении. Но однажды Снорри пожалеет, что некоторые вещи слишком прочные.
В колбасном цехе пахнет кровью и салом, и этот запах притягивает к Ленке бездомных собак, голодных детей и практикующих онанистов. Но однажды в ее доме появляется Мерген — молчаливый всадник на мотоцикле с амулетом из восьми змей на шее. Ленка впервые не желает смерти мужу-алкоголику, а всю ночь ждет, когда этот чужак войдет в ее спальню.
В подъезде-колодце с лестницей, где не разойтись двоим, Инга находит квартиру бывшего — но вместо знакомого весельчака встречает выпотрошенную оболочку. Он забывает слова, путается в компьютере, а мебель из дома исчезла, будто ее и не было. Что вынуло из Андрея жизнь и юмор, оставив лишь мрачного неряху в липкой, пропахшей кислой капустой клетушке?
В захолустном Саммерстауне шериф Гарри Логан находит тело повешенного индейца, чья смерть — дело рук местных линчевателей. Но старый шаман, сидящий у трупа, обещает, что земля сама взыщет за убийство, и вскоре шериф понимает: закон белого человека здесь бессилен.
В церкви Таня ставит свечку за упокой собственной души — привычка, оставшаяся после жаркого июньского дня, когда она в ужасе прибежала в храм. Теперь, спустя годы, звонок сообщает о смерти отца, и возвращение в родной город затягивает её в прошлое, полное странных и пугающих образов.
В гримуборной цирка артист Оскар Борисович Комарик мечется в панике, заламывая руки и требуя бороться с тем, что случилось с людьми. Его коллеги вяло поддакивают, но, когда до выхода на арену остаются минуты, в воздухе повисает странное, гнетущее напряжение, а зрительный зал встречает их неестественной тишиной.
В морге кипит не только работа, но и роман: патологоанатом Марк едва успел оценить прелести студентки Сонечки, как его отвлек экстренный вызов. Теперь ему предстоит встречать ночных гостей, чей приезд нарушил не только интимную идиллию, но и привычный, устоявшийся запах формалина и тлена.
Гость в глухом селе просыпается среди ночи от чужого взгляда. В дверном проеме стоит кто-то невидимый — видна лишь бледная рука, белеющая в темноте.
В Ленинграде 1984 года нашли тело юноши с ожогами и кинопленкой в руках. Следователь Вдовин, прошедший Афган, чувствует: это не убийство, а чей-то жестокий монтаж. В коммуналке на Жуковского он находит карточки с пугающими фразами и понимает — кто-то снимает свой фильм, а они все в массовке.
Морской офицер, чудом выживший после кораблекрушения, оказывается на неведомой скале посреди океана. Остров пугающе напоминает очертаниями парусник, а его незнакомая флора цветёт без единого источника пресной воды. В склоне холма зияет чёрный грот, похожий на дверь в каюту — и тишина оттуда давит на уши сильнее любого звука.
В тесной петрозаводской квартире Саша кормит живым мясом нечто, выросшее в ящике с землей. Растение с щупальцами и антеннами жадно принимает мышей, но хозяин знает: это только начало его коллекции уродств.
В холодную осеннюю ночь мужчина засыпает в своей унылой квартире, а просыпается солнечным летним днем в теле двенадцатилетнего себя, в доме родителей, которого больше не существует. Ушибленные колени и реальная боль доказывают: это не просто сон, а дверь в мир, где возможно всё. Но чем глубже он погружается в свои грезы, тем сильнее территория грез начинает манить его, обещая избавление от ржавой реальности.
В промозглой тьме захолустной окраины трое парней ломятся в дом к наркодилеру, чтобы выбить долг за пропавший товар. Но когда они врываются внутрь, их встречает не только испуганный должник, но и странный, гнилостный запах, который не выветривается даже после того, как выбивают окно.
В городе, где годами не видели солнца, внезапный луч пробил тучи — и Порох, вожак стаи на мотоциклах, въезжает в ворота, чтобы навести порядок. Но местные жители, вместо того чтобы прятаться, тянутся к свету, а странная женщина с волосами на лице встречает его не страхом, а равнодушием.
В пустынном лагере выселенцев, где гражданство возвращают ценой смертельного риска, каждое утро начинается с забега по минному полю. Тот, кто пробежал триста двадцать раз и не погиб, уверен, что разгадал систему — но сегодня его сосед по бараку взорвался прямо на бегу.
Андрей не мог сказать «я ссать» и придумывал всё новые метафоры для похода в туалет. В тот день он решил «оросить одуванчики своими жидкостями» — и едва ступил за бордюр, пуля вошла ему в висок. Я остался один под шквальным огнём, а водитель фуры, которую я остановил за минуту до атаки, смотрел на меня пустым взглядом.
На кладбище, во время похорон поддельного отца, двое мальчишек замечают странного человека с землистой кожей. Он целует мертвеца в губы, облизываясь, и исчезает так же внезапно, как появился. А вскоре один из мальчиков начинает видеть этого целователя в своих снах.
Старик с лицом каменного надгробия протянул писателю книгу для автографа. Писатель узнал собственный роман, но текст внутри оказался чужим, полным неведомых смыслов. А когда старик вырвал книгу и исчез, писатель понял, кого напоминает это лицо — и вспомнил страшный секрет, который ему когда-то доверили.
Осенью девяносто первого в дом десятилетнего Даньки приходит беда. Мама запирается в кухне с соседом, а после их ссоры у отца появляются вопросы к дядь Толе. Вскоре отец исчезает, и мальчику предстоит узнать, что скрывает тихий вечер в военном городке.
В роскошном особняке, где ужин может оказаться пачкой купюр, а за маской добродушия скрывается лагерное прошлое, Эльза соглашается на работу с опасными странностями за сто тысяч евро. Ей обещают риск, но она еще не знает, что главная угроза — не в хозяине дома, а в той, кого ей предстоит заменить.
На чердаке, где крысы уже обглодали тела бездомных, из-под груды металлолома выбралось нечто большое. Выбравшись на улицу, оно оказалось похоже на обычного бродягу в пальто, но с чудовищной походкой и запахом гниющего мяса. Когда на пустынной магистрали у женщины сломалась машина, этот силуэт уже бесшумно стоял у неё за спиной.
В деревне, где всё дышит покоем и летом, Игнат замечает странную пустоту на улицах и тревожный взгляд деда, вернувшегося с поисков сбежавшей коровы. Но настоящая угроза кроется не в потерянном животном, а в том, что изменилось в самом воздухе и в тишине, которая словно чего-то ждёт.
Инспектор Натаниель Ким ненавидит космос, но работа в корпорации I.U.H.T. заставляет его подниматься на орбиту. Его задача — проверять жалобы на оборудование, работающее на «несвете» — чудо-технологии, питающей половину Земли. Но когда его челнок входит в стратосферу, система автопилота начинает вести себя так, будто на борту есть кто-то ещё.
Вернувшись в родной Черривиль после смерти отца, Ширли Картер, которую город помнит как скандальную дочь мэра, затевает дорогой ремонт в родительском особняке. Местные сплетничают о наследстве, а коллега советует массажистке не связываться с «этой шалавою», но та готова щедро заплатить за курс реабилитации после перелома.
В заброшенной девятиэтажке, которую местные прозвали Жутким домом, обитают привидения — или это лишь легенда, пугающая взрослых? Двое мальчишек, отчаянный задира Федя и его пугливый друг Дима, после обеда собираются на штурм проклятого здания, куда Федя так ни разу и не смог проникнуть. Но что, если на этот раз дом сам решит их впустить?
В поезде, уносящемся в степные сумерки, интроверт Крылов оказывается в купе с нервным незнакомцем по имени Юрий. Тот избегает прикосновений, говорит о «злых чудесах» и признаётся, что бежит от чего-то необъяснимо страшного.
Зимнее Дубово встречает троицу парней гнетущей тишиной и ледяным безмолвием. Мишка, мечтавший о крутости в компании хулигана Стаса, с ужасом понимает: их ночная вылазка в элитный поселок — не просто мальчишеская шалость. В темноте за ними кто-то наблюдает, и снег скрипит там, где никого не должно быть.
В Новосибирске лютует аномальная июльская метель, а Иван выгоняет свою плачущую девушку Аню, чтобы остаться наедине с идеальной Никой. Та не плачет, не нудит и никогда не отказывает — но почему при взгляде на неё у Ивана возникает странное, пугающее желание?
Ночью в детской комнате завелся гномик. Маленькая фигурка в грязном колпаке шныряет по столу, а в руках у нее нож и странный черный лоскут. Двенадцатилетний Женя остается один на один с тем, что, по словам отца, должно быть лишь плодом воображения.
Осень начинается в понедельник. Внутри трамвая разит перегаром, а в сумке — банка с мочой для медосмотра. Уролог настаивает на личной жизни, медсестра замечает, что кровь жидкая, как вода, а старенький окулист подозревает дальтонизм — но это только начало странностей.
Ночью на пустынной парковке Лев Шепота замечает, что его пропуск с золотыми прожилками — не единственная странность. Чужая машина, которой здесь не было, оказывается накрыта брезентом, а незнакомец в спешке убегает, оставив одну фару гореть, как глаз. Лев уверен, что приехал один, но кто-то явно не хотел, чтобы он увидел этот автомобиль.
В забытой богом деревне, которой нет ни на одной карте, четверо путников застревают на ночлег у странной хозяйки. Но тишина без единой собаки и пустые курятники наводят на мысль: здесь не ждут гостей — их здесь заманивают.
В новогоднюю ночь мальчик остается в гостиной с мертвецки пьяным гостем, пока из спальни родителей доносятся крики и стоны матери. Ребенок уверен, что отец убивает ее, но боится нарушить запрет и выйти из комнаты. В отчаянии он загадывает единственное желание — чтобы все в квартире снова стали живыми.
В уютном деревенском доме Нина ждет дочь на свой юбилей, но в дверь врывается оборванная, перепачканная кровью девушка, умоляющая спрятать её от того, кто идет следом. Кто или что преследует незваную гостью, и почему за окном по-прежнему безлюдно и тихо?
В южной жаре, плавящей рассудок, трое мужчин хоронят двух девушек в поле подсолнухов. Один из них, Вадим, уже не понимает, где кончается безумие и начинается реальность, а его товарищ Краб бормочет о богах и прорастании. Среди комьев земли и лунного света мелькают оленьи рожки и перепонки на руках погребенных — странности, которые не должны существовать.
В глухом лесу, где пять лет назад бесследно исчез отец, Илья встречает старого егеря Степаныча. Тот предупреждает: сегодня наступит «красная ночь», когда из чащи выползают перевертыши — чудовищные существа, собранные из частей разных зверей. Илья не верит в байки, но небо уже наливается багрянцем, а воздух застыл в тревожной тишине.
Мотоцикл уносит пару вглубь балийских джунглей, к заброшенной обзорной площадке с идеальным видом. Но древний храм, который они миновали, хранит не только легенды о проклятиях — среди статуй с человеческими головами и звериными мордами застыло нечто, чей силуэт не вписывается ни в один из известных пантеонов.
В офисе, опустевшем в самую долгую ночь года, Камилла задерживается, чтобы переодеться для свидания. Но странная оговорка консьержки, назвавшей её «чертовкой», и внезапная отмена планов женихом — лишь первые звоночки в этой метельной тьме.
В аэропорту западноафриканской диктатуры приземляется русский миллиардер-филантроп, но местные власти встречают его не гуманитарной миссией, а странной просьбой. Лев Биркин ещё не знает, что его благотворительность здесь — лишь приманка в ловушке, где жертву выбирают по особому списку.
На склонах Эвереста, в царстве льда и безмолвия, четверо альпинистов спешно поднимаются к высотному лагерю. Их преследует странная вереница огней, ползущая вверх по леднику, и местные шерпы уверены: группа пробудила гнев самой Сагарматхи.
Старый звонок из прошлого застаёт вас за чисткой картошки. Бывший альпинист, которого вы не видели четверть века, настойчиво зовёт вернуться к забытой легенде о Черном альпинисте — и вы вдруг понимаете, что не можете отказать.
Переезд в унылый городишко, где все друг друга знают, а единственная достопримечательность — дымящий завод, обернулся знакомством с местным инвалидом Элвином. От него разит сыростью и тленом, как от давно умершей рыбы, а его плотоядный взгляд на старшую дочь соседей не сулит ничего хорошего.
