В середине 1980-х в Сургуте начали массово пропадать люди. Местная милиция месяцами не могла найти ни одного следа, и в город тайно отправили опытных сотрудников из Москвы. Те обнаружили лишь странный вход в пещеру за городом, откуда доносились стоны.
Безработный токарь Илья тащит ворованный металл в пункт приёма, когда его перехватывает бомж, обещающий место с ломом на десять тысяч. Доверчивый Илья идёт за проводником в лес, где находит разбитую машину, упёршуюся в дерево.
В городе, где время застыло в облупившейся плитке и старых голубях, женщина возвращается в квартиру бывшего возлюбленного спустя десять лет. Дверь открывает его мать, но в этом визите нет ничего от ностальгии — только липкое чувство, что её давно забытая история вовсе не закончилась.
В Харьковской области, после ночной грозы, двое биологов отправились за лягушками в садовый кооператив. Зависший над ними странный огонёк выписывал немыслимые траектории, а когда они решили уехать — дорога исчезла, замкнув круг. Полчаса безуспешных попыток выбраться, пока незримый преследователь не отпустил их так же внезапно, как и появился.
Двое друзей проникают в заброшенный недострой, где все комнаты пусты и стерильны, а половина здания отрезана тяжелой черной дверью. Один из них возвращается за оброненной шапкой, но пропадает на полчаса, а когда его находят в окне, он смотрит на товарища с пугающим, отрешенным лицом.
Водитель электриков получает ночной вызов на обрыв линии в глухом поселке, где лес буквально наступает на дома. Местный старик в ужасе умоляет их не заходить в чащу, но бригада не слушает. Когда они находят сломанный столб и возвращаются, выясняется, что из леса вышло на двух человек меньше.
Два шестнадцатилетних парня решают прогуляться в заброшенную деревню в Тверской области. Дорогу преграждает поле и старая ржавая сеялка, мимо которой, как шепчутся местные, лучше не ходить.
В опустевшем городке, где с наступлением темноты на каждом столбе кричат объявления о пропаже детей, а стены домов помечены жутким знаком, я нахожу в заброшенном детском саду рисунки. На всех них — одно и то же: высокий человек без лица в строгом костюме. Теперь за моей спиной звучат шаги, и я знаю, что оборачиваться нельзя.
В общежитии с запутанной планировкой автор два года каждый день проходил один и тот же маршрут, но геометрия коридоров упрямо твердила: окно его комнаты должно выходить во двор. Однако оно неизменно смотрело на улицу — туда, откуда он начинал свой путь.
На берегу обмелевшей лесной реки, в умирающей деревне, женщина вспоминает детскую клятву с погибшей подругой Машей. Спустя тридцать лет она возвращается на место их игр, чтобы попросить прощения, и чувствует, как прошлое оживает.
Чистое поле, бетонная комната с чёрным квадратом на полу и открытый веб-интерфейс с мусорными логами — друг нашёл точку входа туда, куда лучше не заходить. На следующий день он забыл, что я вообще приходил.
Старый мост на окраине города, где по легенде топили младенцев, десятилетиями пугал прохожих беспричинным детским плачем. Десять смельчаков отправляются туда с ночёвкой, чтобы развенчать миф, но первая же ночь приносит не детский плач, а жуткий кошмар одному из них. Проснувшись, они понимают: сон приснился сразу двоим, и тишина вокруг становится слишком осязаемой.
Заброшенный поселок Растесс встретил одинокого туриста гнилыми домами, словно поднятыми со дна озера. Среди ночи его разбудил протяжный, хриплый скрип, который с каждым разом звучал всё ближе к двери. А когда за стеной замерла тишина, стало ясно: там кто-то есть, и он знает, что ты внутри.
Старый двухэтажный дом на перекрёстке, где студенты снимают комнаты, кажется просто обшарпанным и неуютным — пока однажды в темноте не появляется форма там, где должна быть пустота. С тех пор тишина в этих стенах становится слишком внимательной, а привычка не произносить адрес вслух — единственным способом сохранить рассудок.
Старый деревянный дом, где ты прячешь велосипед вопреки запретам взрослых, однажды встречает тебя бледно-голубыми огнями, парящими в воздухе. Они похожи на свечи, но не издают запаха и исчезают так же внезапно, как появились. Десятилетнему мальчишке кажется, что он столкнулся с чем-то необъяснимым, но память упрямо прячет этот мистический ужас в подсознание.
В заброшенном доме на краю деревни, куда местные мальчишки ходили вечером после рыбалки, кто-то явно был. Из разбитого окна донеслись звуки возни, а затем в темноте мелькнула светлая фигура и прошептала одно слово, от которого у ребят кровь застыла в жилах.
В частном секторе мать оставила трёхлетнюю дочку одну во дворе, пока бегала на работу. Вернувшись, она застала открытую калитку, пустой двор и странный кровавый след, ведущий к свинарнику.
Ветер гонит редкие облака над заброшенной железной дорогой, где усталый путник ведет велосипед мимо зараженного озера. В недостроенном здании он готовится к короткому отдыху, но в дверном проеме внезапно возникает долговязый силуэт с ножом.
Трое друзей сбегают на «рыбалку» с самогоном, чтобы отметить окончание девятого класса вдали от родителей. В поисках новой выпивки они натыкаются на заброшенную деревню, где один из них исчезает в тихом доме.
В слякотный ноябрь героиня едет с подругой в заброшенный район к незнакомцу с ником Dark master. В доме, где одна половина уже рухнула, а в другой горит свет, их встречает хозяин в чёрном балахоне. И только войдя внутрь, она понимает, что обратной дороги у них нет.
В заброшенном доме на окраине города каждую ночь слышен детский смех и стук мяча. Тот, кто осмелится войти, получает странное предложение сыграть в игру, правила которой диктует невидимый голос. Но стоит согласиться — и свечи гаснут, а в темноте начинают загораться чьи-то глаза.
Девушка засыпает в полуночном метро на Замоскворецкой линии и просыпается на станции «Речной Вокзал» в гробовой тишине. Выйдя на улицу, она видит разбитые витрины, липкие пятна на асфальте и труп собаки, вывернутый наизнанку, — но все это залито ровным ярким светом фонарей.
Подросток в заброшенном доме с обугленными стенами заключает пари с другом: кто вытянет короткую спичку, тот открывает старый шкаф на втором этаже. Внутри шкафа оказывается лишь груда паленого тряпья, но герой не может удержаться, чтобы не заглянуть туда лично.
В сибирской деревне жил отшельник Фрол, который собирал по лесу диких собак и жил среди их лая. Однажды он вернулся домой исцарапанный, с окровавленным свертком в руках, и вскоре его двор неожиданно затих. А потом соседи заметили, что Фрол начал резать скот, мрачно поясняя: «Это для Бобика».
В новом доме в тихом городке Джестер-Хилл Зои находит в своей комнате старый дневник. Первая же запись заканчивается на полуслове, словно автор торопился убежать.
В заброшенном деревенском доме, куда героиня приехала впервые, её встретил силуэт в окне чердака. Через неделю, поднявшись туда за ведром, она нашла в углу кровати девочку в пожелтевшем платье — безмолвную, но дышащую. С тех пор героиня годами приезжает в этот дом, но никто, кроме неё, не видит странную обитательницу чердака.
Пилот Оксана нарушила приказ и спустилась на пустынную планету, где исчезла группа геологов. Единственная зацепка — ровная стена леса, словно подстриженная гигантской бритвой, и манящий огонек в его глубине. Но местный обитатель предупреждает: лес забирает всех, и главное — не дать чему-то к себе прикоснуться.
В пустой квартире раздаётся знакомый голос из прошлого — тот, кого герой год назад попросил исчезнуть. Теперь он женат, но старая ошибка вернулась и требует последнего свидания на заброшенной стройке.
Заброшенное красное здание, огороженное глухим забором. У запасного выхода — куртка охраны с глубокими царапинами на замке, а от двери к таинственному лазу в земле ведет цепочка трехпалых следов. Внутри, на заснеженном полу, — брызги крови и карнавальная маска, купленная в обычном магазине.
В старинном порту Инсмут, где ветхие лачуги вдоль берега взлетели на воздух после секретной облавы, а пресса хранила упорное молчание, один путешественник решает сойти с дешевого автобуса. Местные жители отказываются говорить о городе, а кассир с опаской советует держаться подальше — но герой еще не знает, что́ скрывают солончаковые болота и зловещий Риф Дьявола.
Старый коттедж с мутным окном на чердаке напоминал циклопа. В первый же день мы с подругой нашли там заколоченный чемодан, набитый столетними фотографиями. Но чем глубже мы заглядывали в прошлое этого дома, тем сильнее лица на снимках меняли выражение.
В забытом деревянном срубе, где когда-то жила дружная семья, начали происходить странные вещи. Сначала бесследно исчез отец, а затем и сын, и в доме поселился тяжелый, чужой запах тины. Опустевшие стены помнят лишь отчаянный шепот матери перед иконами да скрип половиц под чьими-то невидимыми шагами.
В палящей пустыне советский прапорщик Печенкин, страдающий от похмелья и командировочных иллюзий, получает задание охранять секретный объект ООН. Ему вручают папку с описанием «живучего и злобного крокодила», но местные шутки и странные уровни доступа намекают: здесь всё не то, чем кажется.
Вахтовый посёлок на севере, где среди ультрасовременных общежитий стоят старые, словно из фильма ужасов. Герой живёт один в новой комнате, но однажды ему снится документальный фильм об этом месте — и плёнка вдруг становится чёрно-белой, немой и начинает показывать то, чего не должно быть.
В украинской деревне двое парней забрались в заброшенный дом. Внутри они услышали треск веток снаружи и увидели в окне козью морду. А затем загробный голос приказал открывать дверь.
Маленький венецианский остров Повелья хранит мрачную тайну: здесь не просто сжигали жертв чумы и проводили жуткие эксперименты над пациентами психбольницы. Сегодня его пустынные берега патрулируют полицейские катера, а смельчаки, ступившие на землю, чувствуют не просто чей-то взгляд — они ощущают себя попавшими в ад, где отключаются телефоны и оживают тени.
В холодном ноябре двое студентов отправились в заброшенный НИИ микробиологии, где уже бывали раньше. Но в этот раз из темной дыры в стене потянуло сладковатым запахом гнили, а изнутри здания донесся скрип — будто кто-то ломал сухое дерево. Когда дождь внезапно стих, стало ясно: в заколоченном институте они не одни.
Ночная вылазка к заброшенной башне обернулась кошмаром: после падения и разрушения лестницы радиометр Макса, который всегда врал, вдруг зашкалило. А затем он увидел в башне то, от чего мы бежим до сих пор, не зная, где мы и что нас ждёт в темноте.
Верхний Услон, осенний вечер. Возвращаясь домой через лесной склон, я услышал рев — не то сломанный мотор, не то живое чудовище. Звук приближался с каждой секундой, а на окраине поселка местные собаки встали стеной, лая в темноту, но не решаясь войти в лес.
В туннеле на Байконуре было слишком тихо — ни крыс, ни звука. Солдат-спортсмен спустился туда с двумя сослуживцами проложить кабель, но один из них вдруг пропал, а когда его нашли, он свернулся калачиком и бился в истерике.
Очнувшись после странного сна, герой слышит навязчивый детский голос, зовущий его в одиночестве. В заброшенной деревне, где каждый вечер давит невыносимой тоской, он начинает искать встречи с таинственным существом из своих сновидений.
В заброшенной больнице, где местные ищут острых ощущений, трое друзей решают проверить свои нервы. Но когда один из них возвращается с верхнего этажа бледный и дрожащий, а из пустой комнаты доносится нервный шелест пакетов, становится ясно: они здесь не одни.
Студентка Лена сняла дешёвую квартиру с мрачной атмосферой, чтобы жить отдельно от родителей. В первую же ночь её сон прерывает запах гари, а проснувшись, она обнаруживает, что комната превратилась в обгоревшую руину. В коридоре мелькают свечи, а на кухне парят полупрозрачные тени, словно оставшиеся после пожара.
Каждый Новый год одинокий мальчик из военного городка засыпает с ненавистью к празднику, но просыпается со слезами счастья — ему снится один и тот же сон про детский утренник в заброшенном клубе напротив. В реальности его встречают пьяные родственники и жирный оливье, а во сне — уютный зал, друзья и новогодний мультфильм. Но однажды, после драки с отцом, он выбегает на улицу в поисках хоть какого-то убежища.
На затерянной в лесу ферме, где число овец неизменно, а под полом дома покоятся детские скелеты, живет косматое существо по имени Слава. Однажды в подвале, среди нор, он находит истощенного мальчика, который не ест, не чувствует холода и с наслаждением падает в костер.
Под Бобрянском пыльный УАЗ «Буханка» со следами от пуль переезжает ползущего человека в изорванной форме и не останавливается. А тот, лишившись глаз и губ, нащупывает в окопе нечто круглое и тянет на себя, заставляя встать своего погибшего товарища. Вскоре безногие, безрукие и сгоревшие воины повзводно маршируют на восток, будто возвращаясь домой.
Летом 91-го в Таллинне меня, солдата срочной службы, отправили ночью на старое лесное кладбище — воровать живые цветы с могил для приезжего начальства. В кромешной тьме, без фонаря, мы с напарником побрели меж провалившихся надгробий, а когда уехали в кузове грузовика, в красном свете стоп-сигналов увидели у забора нечто, заставившее онеметь нас обоих.
Летом на даче в крошечной деревне я расспросил местных о прежних хозяевах нашего участка. Узнав о трагической судьбе семьи, я полез на чердак, а затем отправился с другом гулять к заброшенной котельной. Уже вечерело, и когда мы проходили мимо, я заметил внутри женщину в белой косынке и синей телогрейке, которая сидела и смотрела на нас немигающим взглядом.
В болотах затерян старый городок, откуда никто не смог выбраться. Когда луна разливает свой свет во мгле, а в ночи скрипит дверь, духи нарушают твой покой. Ты достаешь священный клинок из старых ножен и выходишь в бездну темноты, где за черными вратами проклятием дышит старый град.
В заброшенной хрущёвке, где недавно погасла чья-то жизнь, двое друзей решают провести ночь с диктофоном. Первый шаг за порог — и тишина квартиры встречает их липким холодом. Но когда один остаётся на стреме, а второй исчезает внутри, из-за двери доносится лишь сдавленный хрип.
