В бескрайней казахской степи, где кочевья разделены веками безмолвия, путника может настигнуть не только жажда. Говорят, среди барханов бродят существа, чей облик страшнее любой сказки, — и встреча с ними начинается с едва уловимой странности вокруг.
В казахском селе 1956 года двое мальчишек задумали обворовать сад пожилой четы уйгуров, которую все считали ведьмой. В лунную ночь, прячась у забора, они увидели, как старуха разделась и закопала себя с головой в корыто с зерном. Час спустя из пшеницы поднялась обнаженная девушка лет двадцати.
В казахских степях, перед самой войной, молодой хирург получает срочный вызов на вскрытие тела мужчины, убитого молнией. Трижды его останавливает невидимый женский голос, шепчущий: «не ходи».
В казахстанской степи, у старого кладбища, две сестры заметили прекрасную женщину в белом платье. Чем ближе она подходила, тем выше становилась, пока не достигла роста в 12-15 метров.
В провинциальном городке Северного Казахстана, где построили зловещий завод, по ночам водители грузовиков и охрана видят в степи трехметровую женщину в белом — с копытами вместо ног. Она бешено преследует машины, и слухи о ней ходят десятилетиями, но никто не знает, что это такое на самом деле.
В казахстанской глуши, где поезда — редкий гость, а забор делит двор двух ведьм, десятилетний мальчик становится пешкой в их кровавой войне. После того как местная колдунья сожгла его взглядом, скрутив в три погибели, на помощь приходит странный дед с кнутом, способный разворачивать журавлиные клинья.
На трассе в Капчагай водители попуток подсаживают девушку в белом платье. Через пятнадцать минут машина переворачивается, а пассажирка бесследно исчезает.
В старых домах «микрорайонов» нечисть не дремлет: барабашки стучат из печки, карандаши катаются сами по себе, а по крыше кто-то ходит, оставляя лишь звук шагов. На трассах Казахстана водители подбирают женщину в белом платье, но под подолом вместо ног обнаруживают копыта. Что скрывается за этими встречами — древний дух или отголосок чужой трагедии?
