В джунглях Вьетнама маленький паровозик везет винтовки и боеприпасы морпехам на плацдарм. Но путь преграждают вьетконговцы, и первая же их атака оборачивается кровавым кошмаром.
В опустевшей казарме, где не осталось ни одного офицера, внезапно ожило выключенное радио. Оно заговорило само собой, предупреждая о невидимом враге, который уже вошёл в город и ищет солдат.
В трущобах Сарагосы солдат находит отрубленные головы капитана и товарища, ушедших за смеющейся арабкой. Теперь, спустя годы, в его камере корчится старик, и в руке рассказчика — меч.
В сырых туннелях Первой мировой, где воздух спертый, как в склепе, копщики роют братские могилы для невидимого врага. Но однажды напарник обернулся к солдату собачьей мордой с бараньими рогами и заговорил нечеловеческим голосом. Где заканчивается реальность и начинается безумие, если сама земля шепчет тебе в спину?
Осенний город встречает вернувшийся с войны отряд — измученных солдат в мокрых шинелях. Женщина бросается к одному из них, называя Семеном, но в его взгляде читается не только радость.
В немецких окопах — суета: солдаты надели маски с хоботами, похожие на бесов. Ротмистр Корнилов понимает: враг готовит газовую атаку, а приказ о штурме пришёл, кажется, слишком поздно. Русская пехота идёт в полный рост навстречу жёлто-зелёному облаку, и тишина этой атаки страшнее любого крика.
Андрей не мог сказать «я ссать» и придумывал всё новые метафоры для похода в туалет. В тот день он решил «оросить одуванчики своими жидкостями» — и едва ступил за бордюр, пуля вошла ему в висок. Я остался один под шквальным огнём, а водитель фуры, которую я остановил за минуту до атаки, смотрел на меня пустым взглядом.
Нефийцы прижаты к горе Кумора, их армия вдесятеро слабее ламанийских полчищ царя Аарона. Военачальник Мормон готовит последний удар — жидкий огонь из древних золотых пластин, но его сын Мороний замечает, что великая битва начинает расплываться, словно смытая краска. Сквозь звон мечей пробиваются звуки чужого города и зимнего холода, которого здесь быть не может.
Под мелким холодным дождем колонна беженцев медленно тянется по раскисшей дороге. Среди повозок, нагруженных скарбом, Йегер замечает двух девушек, похожих как сестры, — одна из них смотрит на него, и он успевает увидеть, что белки её глаз залиты красным. Вскоре доктор Глазер ведет его в подземелье бывшего дворца паши, где за тяжелой дверью скрывается нечто, издающее тонкий вой и щелкающее окровавленными зубами.
В залитой пожаром и хаосом столице, среди обезумевшей толпы, спасающейся от артиллерийских залпов, один человек находит организованный отряд революционеров с красными повязками. Их лидер обещает порядок и скорый суд над прежним правительством, но тишина, наступившая после его слов, кажется тревожнее канонады.
Фельдмаршал Паулюс в плену, в русской избе среди заснеженной степи. Он курит и вспоминает солдат, которых привел в Сталинград, но ночью в его комнате становится тесно от безмолвных гостей.
Вернувшись в родную деревню после войны, воин Солиман находит её превращённой в бойню: поля отравлены, жилища сожжены, а тела соплеменников покрыты жуткими гнойными волдырями. Умирающая девочка шепчет ему одно слово — «Убей…», но кто или что стоит за этой резней, остаётся загадкой. Теперь Солиману предстоит пройти через ад, чтобы узнать правду.
После боевого вылета штурмовик Ил-2 с трудом дотягивает до аэродрома. Лётчик Устюгов, истекая кровью, сажает изрешечённую машину и спешит к стрелку, который молчит в разбитой кабине.
В лесу, где мертвый солдат вырезает на коре вопросы о войне, кто-то отвечает ему голубой краской. Тот, кто не умирает, а проживает жизни убитых — и теперь ждет новой встречи.
