Вова, идеальный ребенок, вдруг начал бояться проходить мимо антресолей. Он утверждает, что там поселился кто-то маленький и страшный по имени Уголек, который просит есть и рассказывает страшные сказки.
Воспитатель в детском саду при кампусе сталкивается с четырёхлетним Томасом, который виртуозно притворяется спящим, но никогда не засыпает. Мальчик точно знает, как замедлить дыхание и когда приоткрыть глаза, чтобы проверить, ушёл ли взрослый. Но когда воспитатель решает выиграть в гляделки, ребёнок срывается на крик: «Хватит смотреть!».
Майское солнце слепит глаза, но из гаража доносится злобная ругань. Друзья собрались отдохнуть, но один из них сидит с побелевшим лицом, сжимая в кулаке найденный возле гаража блестящий шарик. Он не может разжать руку, потому что каждый раз, когда он это делает, происходит нечто необъяснимое и смертоносное.
В заброшенном цехе сталелитейного завода двое силачей готовятся к очередному трюку. Но заказчик, который оплачивает их реквизит, требует не просто согнуть металл — он хочет, чтобы они сломали саму реальность. Первая странность: гвозди, которые они гнут, наутро оказываются целыми, а на их ладонях проступают узоры, похожие на заводское клеймо.
На рабочем столе компьютера ни с того ни с сего появляется папка с интимным названием и фотографией шикарной девушки. Папка наотрез отказывается удаляться, а вскоре пустой текстовый файл внутри начинает сам собой вести диалог с героем.
В пустой квартире гаснет свет, а тишина становится слишком плотной. Одиночество притянуло нечто, что теперь шепчет из-за плеча, стирая память и управляя телом, как куклой.
В любой психиатрической лечебнице мира можно найти того, кто называет себя «Хранитель Души», — но только если персонал сочтет тебя достойным. Вместо ответа тебе протянут стеклянный шар, разделенный пополам: одна половина — чернее бездны, другая — чистый золотой свет, и ты никогда не сможешь сказать, где тьма, а где свет. Если разобьешь шар — вернешься к обычной жизни навсегда, но если решишь войти в дверь, путь вымощенный треснувшим камнем, покажет тебе, что счастье и боль — лишь иллюзии, а за финальной дверью тебя ждут тени, которые не прощают ошибок.
В заброшенном корпусе психиатрической больницы, где десятилетиями стирали память током и лоботомией, новый санитар находит старую историю болезни. Пациент поступил с тихим бредом: он утверждал, что слышит, как стены шепчут ему чужие имена — имена тех, кто ещё не родился.
В 1818 году в баварском Вюрцбурге поселился преуспевающий доктор Генрих Шпатц с молодой женой. Он был душой общества, лечил бедняков и писал научные труды, но в 1831 году внезапно распродал имущество и уехал в Чехию. После его отъезда бывшие ассистенты заявили полиции, что доктор с женой — вампиры, указав на таинственное исчезновение однорукого привратника из госпиталя.
Зимой 1855 года на побережье Девона жители Эксмута проснулись и увидели на свежем снегу цепочку идеальных отпечатков маленьких копыт. Следы вели по прямой, не отклоняясь, взбираясь на крыши домов и перепрыгивая через трёхметровые заборы, а каждый отпечаток был покрыт ледяной коркой — словно нечто раскалённое лишь на миг касалось земли. За одну ночь таинственный двуногий путник преодолел более 160 километров, и до сих пор никто не знает, кто или что оставило эти метки.
В керженских лесах, среди потомков старообрядцев, мёртвых хоронят прямо во дворе — под окнами, среди грядок и цветов. Соседка баба Клава, единственная добрая душа в деревне, умерла страшно, обварившись на печи. Но тем же летом в запертый дом снова кто-то начал просовывать в дверь морковку и душистые травки.
В городе на улице Рыскулова-Петрова стоит дом, где после кровавой трагедии новые жильцы начали замечать в окнах мертвенно-синий свет — хотя внутри никого не было. Те, кто осмеливался приблизиться, чувствовали, как на них наваливается животный ужас, а однажды из дома донесся крик, после которого нашли человека, с которого будто содрали кожу.
Летний день в Ростове-на-Дону, оживленная улица, полная людей — и женщина с пустыми глазницами, которая идет так, будто видит каждого прохожего. Она встречается с героиней взглядом, которого у нее быть не может, а затем память об этой встрече исчезает на целый год, оставив лишь вырезанный фрагмент реальности.
Мужчина просыпается от того, что его девушка в панике трясет его и указывает на окно их спальни. Они живут на седьмом этаже, но за стеклом отчетливо видны два темных силуэта, которые, кажется, пристально вглядываются в комнату.
Воспитанный мальчик Рома помог старушке с тяжёлыми сумками дойти до хрущёвки. Дома бабушка вдруг назвалась Бабой Ягой и велела садиться на лопату, но Рома лишь рассмеялся в ответ.
Сергей отправляется в поход с друзьями в глухой, нетронутый лес. Но проводник компании, Саша, ведёт себя странно: исчезает наутро без объяснений, а вечером заводит разговор о лешем и заброшенной деревне.
Дядя-энциклопедист завещал племяннику квартиру и крупную сумму, но с одним условием: сжечь его ноутбук, не включая. Мать предупреждает, что в квартире «нехорошо», а сам герой вспоминает странные рассказы дяди о шаманах и сверхъестественном. Что скрывал гениальный родственник за дверями своего кабинета?
В чернильной мгле газопылевой туманности прячутся последние корабли Земли. Но среди обреченных людей находится тот, кто утверждает, что спасение уже близко. Вопрос лишь в том, что именно он нашел в древних архивах врага.
Андрей находит в интернете ритуал призыва демона-хранителя и решает его провести. Впервые за много попыток обряд срабатывает, но на зов является нечто, что начинает неотрывно и недобро смотреть на парня. Уже через три дня Андрей превращается в бледную тень самого себя, а взгляд из ниоткуда продолжает высасывать из него все силы.
Ночной пляж Евпатории, часовая смена спасателя Сергея. Луч прожектора выхватывает из темноты странную картину: парень в одежде шагает по дну в глубину, то всплывая, то уходя под воду. А перед ним в воде — непонятное светящееся пятно с тонкими лучами.
Студент снимает квартиру у странной старухи, несмотря на слухи, что предыдущие жильцы бесследно исчезли. На третий день он чувствует, как во время купания неведомая сила начинает тянуть его на дно ванны.
В ночных анонимных чатах появляется незнакомец, который предлагает задать ему всего один вопрос. Он отвечает мгновенно и безупречно, но исчезает навсегда сразу после ответа. Однако есть один вопрос, который заставляет его замолчать и ждать.
В новогоднюю ночь Пашка привел в компанию незнакомца, которого сам не помнил, где встретил. Тот молчал, не ел и не пил, а просто сидел в углу, а когда часы пробили два, начал рассказывать жуткие истории. Чем дольше он говорил, тем холоднее становилось в комнате, и снег начал засыпать углы.
Зимней ночью охранник Лёха, возвращаясь домой в метель, поскользнулся и вывихнул ногу. Из снежной пелены к нему вышел чернобородый мужчина с пугающими глазами, который с нечеловеческой лёгкостью поднял тяжеловесного парня и потащил к дому. Когда Лёха обернулся, чтобы поблагодарить спасителя, тот бесследно исчез на открытой равнине.
Мальчик за уроками замечает краем глаза движение у кровати. Из-за изголовья друг за другом выходят три крошечных сгорбленных старичка в старинной одежде и молча шествуют через комнату, не сводя с него лиц.
В любой психиатрической больнице есть туалет, глядя в стену которого можно увидеть страшные картины. Если произнести там нужную фразу, стены покроются таинственными надписями, а на выходе вас окликнет санитар, которого нельзя слушать.
В интернете появился файл, который не трогает того, кто его открыл. Но через день все, кого ты когда-либо знал, начинают на тебя охоту.
В Свердловской области есть вагонное кладбище, где среди сотен списанных составов один вагон обходят стороной даже сторожа — его двери заварены, а внутри при загадочных обстоятельствах погиб человек. Трое любопытных решают проникнуть внутрь, но вскоре понимают, что шутка про билетики, прозвучавшая в пустом вагоне, принадлежала не кому-то из них.
Всадник на коне возвращается в родную долину после тысячелетнего похода. Его встречает сестра, но рука брата холодна, а взгляд скрыт под коркой льда. Что случилось с ним за эти долгие годы странствий по землям железных гор и свинцовых вод?
В день своей свадьбы Никита Горшин готовится к традиционному выкупу, но вместо шуток и шампанского его встречают друзья невесты в жутких масках, задающие вопросы о кровавых историях. Чем глубже он поднимается по лестнице, тем сильнее ощущение, что за масками скрывается нечто пустое, а сама невеста исчезла.
На забытом форуме краеведческого сайта из эпохи Веб 1.0 один за другим появляются тревожные сообщения от анонимных гостей. Кто-то пишет о «людях с шеей змеи» и «большой злой кисе», а вслед за ними — панические посты подростка, которого преследует двойник в маске белого лиса.
Мужчина уверен, что сошел с ума, ведь его обычный черный кот вдруг заговорил человеческим голосом. Животное в панике требует срочно закрыть все окна и выключить свет, но герой лишь иронизирует над собственным безумием.
Ночью в степи под Капустиным Яром командир зенитного расчета находит своего сержанта, стоящего по щиколотку в клубке гадюк. Боец не отвечает, не двигается и будто врос в землю — а змеи не реагируют ни на шум, ни на вибрацию. Наутро никто ничего не помнит, но голова раскалывается так, будто ночь вычеркнули из реальности.
В старом доме, построенном пленными немцами, есть подвал с девятнадцатым помещением — лишним, которого быть не должно. Его массивная железная дверь ходит ходуном от сквозняка, которого нет, а по углам белеют заклёпки, словно кто-то до сих пор обновляет на них краску. Однажды «штатный алкаш» намертво заваривает эту дверь — и тогда из-за неё начинают доноситься глухие удары.
На старом кладбище «Красная Этна», зажатом между свалкой и мясокомбинатом, компания мальчишек промышляет сбором трофеев. Но чтобы вернуться домой, им нужно пройти по «Великому Мусорному Пути» — тропинке между гаражами и могилами, о которой ходит недобрая слава.
В закрытом городе посреди леса, где даже небо кажется вечно пасмурным, двое подростков отправляются за грибами. У кромки заброшенного полигона их настигает внезапная, неестественная тьма, а когда они оборачиваются — знакомого пространства больше не существует, только чернота.
Фёдор Киселёв находит блокнот пропавшего напарника на аномальных рельсах посреди заповедника. Каждый шаг вдоль путей меняет реальность, а число шпал не сходится само с собой. Где заканчиваются рельсы и куда исчезает всё, что оставляют на обочине?
Странный старик в разноцветных кедах хватает прохожего за руку и шепчет: «Ночь наступит». С этого момента в квартире героя начинают происходить необъяснимые вещи: из вентиляции доносится детский смех, а за окном наступает тьма, которую не разгоняет даже полуденное солнце.
Ночью в Майнкрафте, пробивая шахту на десятки блоков вглубь, я заметил в текстуре камня лицо. Оно исчезало, стоило мне присмотреться, но на следующую ночь улыбнулось мне в ответ. А потом в моём районе отключили свет, и из-за входной двери послышалось чужое, булькающее дыхание.
На раскопках в белорусском лесу поисковик Миша влюбляется в девушку Раю. Но каждую ночь она мечется во сне, бормочет и плачет, а наутро не может объяснить причину.
Поезд во Франкфурт усыпил его под звуки музыки, а разбудил в вагоне, полном безликих спящих фигур. За окном вместо ухоженных полей простиралась серая, выжженная пустошь, а в наушниках заиграла какофония смерти, от которой невозможно было избавиться. Станция «Neuekirche» манила выйти, но её не существовало ни на одной карте мира.
В голодном 1933 году прадед Аркадий уходит из села за слухами о спрятанном в овраге спасительном запасе еды. Через четыре дня он возвращается с двумя тяжелыми мешками крупы — и узнает, что его младший сын умер на следующий день после его ухода. Но старший сын Семён начинает жаловаться, что по ночам в доме слышно, как кто-то ходит.
Служащий старого здания задерживается на работе, чтобы в тишине смотреть ужастики. Скрип половиц и шорохи за дверью кажутся ему неотъемлемой частью вечернего ритуала. Но однажды привычные звуки становятся слишком настойчивыми.
В маленьком городке декабрьским вечером водители вдруг заметили, что свет от всех фонарей и светофоров повёл себя физически невозможным образом: вместо привычного конуса он сузился в острые иглы, вонзающиеся прямо в глаза. Люди в машинах вертели головами, пытаясь избавиться от наваждения, но странное явление охватило всю улицу.
В разгар июньского дня Катя, наслаждаясь внезапной свободой и мороженым в парке, встретила симпатичного знакомого, которого, кажется, помнит по учёбе. Приятная беседа и его обольстительная улыбка быстро переросли в приглашение отметить встречу у него дома, и Катя уже готова была согласиться. Но внезапный удар футбольного мяча по затылку заставил её на миг отвлечься, и в следующее мгновение реальность вокруг неё неуловимо изменилась.
Ночью на воронежской эстакаде, известной как «дорога в никуда», я заметил крупную собаку с неестественно короткой шеей. Вместо того чтобы бежать от машины, пёс вдруг бросился через трассу, перепрыгнул ограждение и исчез в тридцатиметровой пропасти — с абсолютной уверенностью гимнаста, а не обречённого животного. Теперь я вспоминаю, что овраг под мостом хранит слишком много тёмных историй, чтобы списать этот прыжок на случайность.
В жаркий август на проспекте Революции он встретил девушку, которая ела японскую лапшу на ходу. Она стала его наваждением, но с самого начала рядом с ней творились пугающие вещи — от страха перед открытым глазком до странных предсказаний. Прошёл почти год, а Арины нет, и он готов на всё, лишь бы она вернулась.
Зимняя ночь, южный город, внезапный туман — и знакомая дорога неожиданно выводит героиню на пустынную загородную трассу, которой здесь быть не может. Вдоль трассы — старые деревянные дома без единого огня, а телефон, бывший полностью заряженным, отказывается включаться.
В новой части за Полярным кругом дежурный сержант рассказывает новобранцу о местной легенде — Чёрном дембеле, который бродит по расположению в белые ночи. Говорят, несколько лет назад здесь зарезали сержанта Титова, и с тех пор его видят в темноте. Сержант не шутит и советует новичку самому всё увидеть, когда глаза привыкнут к здешним ночам.
Сын больше не говорит. Каждую ночь он приходит в спальню, молча садится на кровать и смотрит, дожидаясь, пока мать уснет. Отец чувствует, что за этим безмолвием кроется нечто страшное.
