В спасательной шлюпке не хватило воздуха на всех. Последний удар перед побегом нанес не монстр, а тот, кому доверяла спину. Теперь на борту «Медеи» осталась только она — и тьма, которая умеет просачиваться сквозь стены.
Август 1986 года. В опустевшем закрытом НИИ под Горьким остались лишь профессор Белиев, уборщица да двое подопытных на третьем этаже. Когда все сотрудники разбежались, а финансирование прекратилось, тишину нарушает лишь стук пистолета в кармане халата — и взгляд обезьяны, которая слишком хорошо понимает человека.
В студии перед эфиром пахнет горячим шоколадом и чужой обидой. Лиза опоздала на шесть минут, а кто-то уже съел её маршмеллоу — и это худшее, что могло случиться перед приходом пастора Лазара. Только вот старуха у метро смотрела ей вслед слишком пристально, а браслет на запястье вдруг стал ледяным.
В Корнуолле мировой судья Том Глэнвилл запретил опасные старые тропы, ведущие к заброшенным шахтам. Наутро после отказа местному учителю он находит на своем столе записку с угрозой, которую никто не приносил. Кто-то проник в запертый дом, чтобы оставить послание, и это лишь начало.
Заброшенный завод, где даже крысы бежали до того, как он стал по-настоящему мёртвым. Теперь здесь поселились те, кто не хочет уходить в ад, и единственный фонарь горит каждую ночь, отпугивая живых. Но что заставило бродячих псов с воем бежать отсюда, а сатанистов — обходить это место стороной?
Мама вернулась домой к маленькой Саше, но в привычный вечер врывается тревога: реклама контрацептивов, проповеди о материнстве и странная боль внизу живота. В мире, где всё стало розовым, а случайности страхуют таблетками, тишина кухни кажется обманчивой.
В развалинах поселка, где мертвяков давно перебили, парень находит молодую мертвячку, которая в ярости стучит тарелкой о бетон. Но вместо страха он чувствует необъяснимое притяжение к её странной, нетленной красоте.
Четверо уличных музыкантов гадают, куда пропал их коллега-скрипач. Мальчик с треугольником, навещавший его, молчит, а старшие вспоминают жуткую историю о мертвеце, который являлся к живым. Из старой газеты звучит отчет о вскрытии могилы в далекой деревне.
В святочную ночь, пока подруги гадают в избе, красавица Груша тайком пробирается в пустую баню. Заперев дверь и расставив на столе два прибора, она трижды произносит заклинание, призывая суженого на ужин. Но вместо жениха к ней ломится кто-то, от кого по бане разносится смрад жженой кожи.
В промозглом подвале заброшенного дома женщина баюкает больного ребенка, пытаясь влить в него дождевую воду. Снаружи воет ветер, а в темноте, помимо обезумевших людей, может бродить и некто иной.
В автобусе, полном каркающих туристов, он встретил девушку с глубокой царапиной на руке. На идиллической итальянской ферме, где солнце плавит воздух, их колени соприкоснулись под столом. Но когда тьма за окнами начала шевелиться, он понял, что эта встреча — не случайность.
В осеннем имении под Петербургом художник, бегущий от людей и коммерции, находит утешение в нетронутых лесах. Но однажды, в тихий октябрьский вечер, он показывает другу акварельный портрет, чья сила воздействия несравнима ни с чем виденным прежде — и с этого момента его душа начинает необратимо разрушаться.
Майор Неживой получает странный дар, позволяющий ставить «галочки» напротив обидчиков. Но капитан Гаргулия предупреждает: есть одно табу, которое может всё разрушить. Теперь Виктору предстоит решить, что для него ценнее — власть или желание.
В особняке на Чайковского, где призраки аристократов всё ещё не пристроены к делу, майор Неживой ведёт новую знакомую мимо двуглавого орла. Солдат поливает асфальт, но оперу важнее, чтобы все слышали: дорогу майору милиции Неживому.
Майор Неживой, проходя мимо «уголка славы» в здании Управления, вдруг осознаёт, что его необычный дар, позволявший ему воздействовать на мир, бесследно исчез. Он пытается заключить новое соглашение с невидимым хозяином, но в ответ слышит лишь презрительное молчание.
В бескрайней Сахаре, у древнего храма, герой встречает странных существ, похожих на детей, от которых пахнет облепихой. Они бродят по ночам, а их лица поблескивают в темноте. Герой знает, что конец света начнется с него, и теперь он движется через пустыню к месту, откуда всё начнется.
Рецензент Михаил привык к эпатажу, но новый диск с костлявым стариком в клетке на обложке — это уже перебор. Звук, который он слышит, кажется ему не просто музыкой, а чем-то гораздо более личным и тревожным. Теперь ему предстоит встретиться с автором этой записи, чтобы понять, что скрывается за этим странным творением.
В детском доме, где пятнадцатилетняя Анна стала козлом отпущения за странное происшествие, её судьбу решает не коллегия учителей, а прибывшая из ниоткуда монахиня с пугающим именем Азазель. Девушку увозят в изолированный монастырь, но в этой обители за каменными стенами и решётками на окнах чувствуется не святость, а дыхание древнего зла.
В Шамской пустыне, среди проклятых развалин Тедмора, стоит воин Антар, поклявшийся никогда больше не приближаться к людям. Но когда он спасает газель от исполинской хищной птицы, пустыня отвечает ему чудом — и пробуждение в роскошных чертогах среди невольников и завешанных девиц становится лишь началом странной загадки.
Тенор Давид Мазиашвили, привыкший бороться с паникой на сцене, находит своё спасение в глазах незнакомой веснушчатой блондинки в зале. Девушка пробирается за кулисы и среди шумной пьянки хористов подходит именно к нему, шепча на ухо номер телефона. Но её небесно-голубые глаза таят странную, пугающую искру, от которой цепенеет даже видавший виды хормейстер.
В тихом чате поддержки для жертв сталкеров Ася привыкла гасить сетевых троллей, но настоящий кошмар начинается, когда за дверью её квартиры взрывается подъезд. Теперь, залечивая ожоги, она гадает: кто заклеил её глазок снаружи и почему этот «подарок» пришёл ровно в годовщину их знакомства?
В арбатском особняке, где каждый механизм подчиняется хозяину, Лиля Блох тщетно пытается угнаться за временем: часы врут, стрелки насмехаются, а муж всегда оказывается на шаг впереди. Единственное правило, которое она обязана чтить — никогда не спускаться в подвал, где находится его мастерская. Но сегодня тишину дома нарушает тонкое мяуканье из-за запретной двери.
В деревенском доме, натопленном к зимним праздникам, воцаряется жуткая тишина — все огни погашены, кроме лампад перед иконами. И только странница Машенька, седенькая и дробная, как девочка, бродит по пустым комнатам, читая псалмы и молясь… «божьему зверю, господню волку». Кто этот святой хищник с кровавыми глазами и золотым сиянием, написанный на церковном столпе над могилой убитого им князя?
Дворовая игра «Беги!» с алкоголиком Валерой, у которого пластина в черепе и учет в психушке, всегда была смертельно опасной. В тот солнечный день мы просто шли с речки, не шумели, но он вышел из дома с огромным ножом в руке и побежал за нами.
В заброшенном стадионе «Атлант» в Лисичках, где под трибунами давно всё закрыто на ремонт, адвокат Миша Новак выходит на вечернюю пробежку. Но сегодня на дорожке появляется странный долговязый бегун в белом, чья нелепая походка и пустой взгляд не сулят ничего хорошего.
Ночью к моей бытовке посреди заснеженного поля подъезжает машина. Сюда никто не заезжает случайно, а гости всегда приходят по делу, которое связано с сараем и тем, что скрыто в его бетонных недрах. В этот раз в багажнике привезли не просто груз, а кое-что живое и брыкающееся.
Раненый русский офицер, изнывающий от тоски в итальянском госпитале, находит приют в идиллической загородной даче. Но стоит ему ступить на эту райскую землю, как в живописной картине, полной солнца и покоя, начинает проступать нечто тревожное, скрытое за сладкой улыбкой пастушки.
В глухой деревне доктор Грибин ищет народные рецепты, но находит лишь слухи о сироте Ефимке Чушке, который «с чертом знается» и собирает в лесу «бесовы говешки». Местный постоялый двор предлагает гостям изысканный трюфель, найденный тем самым мальчиком-уродом, — и доктору предстоит узнать, чем на самом деле пахнет этот деликатес.
В полярной ночи Няргалаха, где ветер звучит предсмертным хрипом, а горизонт исчезает в белом шуме, техник-наблюдатель замечает на границе зрения неестественно тонкую фигуру, которая не должна держать форму. Она стоит неподвижно, пока мир вежливо отводит взгляд, оставляя лишь ощущение, что на станции пугающее предпочитает оставаться там, где сомнение работает лучше любого доказательства.
В доме на отшибе Клавдия лечит сына Тёму от странной кожной болезни, превратившей его плоть в кору. Её методы заботы о детях пугают своей суровой изобретательностью, а ночные молитвы остаются без ответа. Но однажды тишину разбивает удар в дверь, и мать берётся за ружьё, чтобы защитить своё гнездо.
Верховный главнокомандующий приносит свою любимую книжку в подарок существу по имени Родик, что сидит в клетке глубоко под землей. Доктор Андреев спокойно наблюдает, как длинные бледные пальцы тянутся к дарителю сквозь прутья, а приборы фиксируют скачок адреналина.
Валя спрятался в тёмном углу прихожей, чтобы напугать бабушку. Когда он выскочил с криком, пожилая женщина замертво рухнула на пол, но мальчик решил, что она подыгрывает. Он ушёл гулять, а вернувшись, застал её всё в той же позе, облепленную мухами.
В разгар ливня, отрезавшего город от мира, тихий час в детском саду прерывает странный хлопок. Воспитательница Люда остаётся одна с проснувшимися детьми, а её коллега, вышедшая проверить шум, не возвращается. Вскоре дверь распахивается, и на пороге появляется мокрый незнакомец с ружьём, требующий ответа на вопрос, которого Люда не понимает.
В сырых туннелях Первой мировой, где воздух спертый, как в склепе, копщики роют братские могилы для невидимого врага. Но однажды напарник обернулся к солдату собачьей мордой с бараньими рогами и заговорил нечеловеческим голосом. Где заканчивается реальность и начинается безумие, если сама земля шепчет тебе в спину?
Проснувшись в новом теле после пятидесяти семи лет полёта, комиссар Тонг ступает на тёплый, пульсирующий пол биокорабля. Но радость от пробуждения меркнет, когда оживающие стены начинают вести себя странно, а капсулы для членов экипажа исчезают и появляются вновь, словно повинуясь чужой воле.
В захолустном торговом центре Захар Ломцов, уставший от одиночества и серых будней, покупает лотерейный билет с невинным названием «Большая игра». Но едва он стирает защитный слой, как понимает: выигрыш оказался слишком странным, а правила этой лотереи пишутся не людьми.
Вернувшись в глухую таёжную деревню после армии, Павел находит отца прикованным к постели, а дом — пугающе пустым. Но странности начинаются с первого вечера: за окном кто-то неотрывно следит за домом, а по ночам из леса доносится вой, в котором нет ничего звериного.
Семья сбивает на пустынном шоссе странное бордовое растение, сочащееся похожей на кровь жидкостью. На следующее утро такие же кусты прорастают сквозь бетон крыльца их дачного дома, а в лесу их обнаруживается целая цепь. Отец семейства пытается сохранить спокойствие, но чувствует, что идиллия у озера — лишь обманчивая тишина.
