На крутом берегу реки, где трава примята, а тина свисает с ив, разведчик Дубенко готовится к смертельно опасной вылазке. Командир предупреждает: если услышишь внутри голоса, которые велят не ходить — слушай их. Но лучший разведчик роты, однажды вернувшийся из тыла врага с пленным полковником, сейчас думает только о доме и послевоенной жизни.
В семейном альбоме хранилась странная записка 1943 года — расписка раненого красноармейца мальчику Саше из села Шумилово, спасшему ему жизнь. Но в рассказе деда о той встрече было что-то неуловимо тревожное: слишком много странностей в поведении и словах белобрысого спасителя.
Учительница литературы готовится к очередной нудной проверке проектов «Ожившая история», но одна тихая ученица сдаёт два диска. На первом — скучное интервью с дедом-ветераном, пока тот внезапно не достаёт пожелтевшее письмо, найденное в подвале разрушенной школы на Балканах.
Пражский клоун Вулко наносит грим, готовясь к выступлению, но его мысли то и дело возвращаются в прошлое. Он вспоминает, как в детстве, во время войны в Сараево, наткнулся на нечто в придорожной канаве. С тех пор он не ест свинину.
В ИПТАПе, где смерть — обычная профессия, капитан Удальцов, командовавший артиллерийской разведкой, слыл «заговоренным»: он прошел три войны, не получив ни царапины, и выходил живым из самых безнадежных передряг. Но за этой невероятной удачей крылась странная, почти мистическая отчужденность — сослуживцы не спешили с ним сближаться, словно чувствуя в его везении что-то неправильное.
Гришке снится, что война кончилась и он с Георгием на груди возвращается в родную станицу, где его ждёт живая семья. Но реальность жестока: всех его родных давно забрала холера, а сам он — солдат на передовой, где отступление идёт полным ходом. Среди привычного быта и солдатской дружбы с Сашей-Иподьяконом проступает тревожный вопрос: что будет, когда немец подойдёт вплотную?
В арке старого жилого дома местные боятся ходить даже днём. Говорят, однажды там встретили странного солдата с ожогами на лице за год до начала войны. А ещё через арку пробежал мальчик, которого похоронили за две недели до этой встречи.
Комбриг Остенберг, бывший сыщик из Одессы, пятую неделю гонится по кровавому следу за атаманом Юдиным по прозвищу Упырь. Тот не грабит, а режет всех подряд — детей, стариков, женщин, жжёт церкви, и за ним не стоит ни белых, ни красных. Но чем ближе комбриг к своей цели, тем чаще местные шепчут, что Юдин не человек вовсе, а сам дьявол, и что пуля его не возьмёт.
Немецкие позиции окутывает темно-зеленый туман, смесь хлора и брома. Русские окопы затихают, и тысячи пехотинцев ландвера идут на штурм, уверенные в легкой победе. Но из ядовитой мглы доносится кашель и лязг штыков — те, кто должен был быть мертв, поднимаются в контратаку.
В блокадном Ленинграде, где смерть стала привычным соседом, истощённая девочка Шура однажды замечает за окном странный свет. На пустыре, среди мрака и голода, стоит снеговик, который держит в руке горящий бенгальский огонь.
Копатель слышит в наушниках металлоискателя женский крик, а затем находит на земле фрагмент старой каски. В другой раз, ощутив на себе пристальный взгляд из темноты, он идёт к кустам и находит там останки солдата.
В затерянном горном кишлаке, только что отбитом у банды, под ногами — мины, а в черных окнах мертвых домов чудится чей-то взгляд. Среди трупного запаха и яблонь с неестественно красивыми плодами я нахожу в траве фотографию большеглазой девчушки. А ночью из пустого кишлака доносится тягучая женская колыбельная.
Летняя ночь 1941 года. Немецкий солдат приходит в себя на поле боя, заваленном телами своих и русских. При свете полной луны он видит, как среди мертвецов резвятся невесть откуда взявшиеся тонкие, верткие силуэты.
В осажденном Бетельмае солдат армии герцога Вальфа находит в старом доме перепуганную служанку. Девушка молит не трогать ее, но солдат ведет себя странно — он не хочет ее обесчестить, а просит лишь о другом.
Старый дом помнит каждого своего хозяина. Первый ушёл на войну и вернулся тенью. Теперь здесь поселилось что-то чужое, и последний, кто ещё держит оборону на чердаке, сжимает забытые тапочки в виде котят.
Группа обессиленных красноармейцев, зажатая между немецким разъездом у моста и наступающими с тыла частями вермахта, готовится к неминуемой гибели. Внезапно один из бойцов, молчаливый сапер со странным взглядом, заявляет, что проведет всех прямо под носом у врага. Он втыкает в землю пять веток, начинает шептать — и его лицо становится чужим, неправильным.
В госпитале 1941 года дед Юра, прошедший болота и первые бои, начинает видеть по ночам странную женщину в белом. Она бесшумно подходит к раненым, целует их в лоб — и к утру те умирают. Но однажды она задерживается прямо над его койкой.
В раскаленном аду бесконечного марша, где солнце сжигает мозг, а армия немых теней пожирает саму себя, один солдат внезапно вспоминает клочок голубых обоев и пыльный графин с водой. Но этот призрак мирной жизни — не спасение, а первый симптом, когда реальность начинает плавиться, а в голове поселяется что-то чужое и страшное.
В электричке под Ригой старый латыш рассказывает попутчику историю о своем соседе — спекулянте, который наживался на голоде в еврейском гетто. Но однажды этот бессердечный делец отправился туда с фурой картошки и вернулся… совершенно другим человеком.
В кольце гор застряла горстка солдат, забытых миром, подписавшим мир. Ева дежурит на стене древней крепости, где война кончилась, но не для них, а рядом с бездонной расщелиной, проглотившей все брошенные камни. Здесь слишком тихо, слишком холодно, и каждый новый день похож на ожидание конца, который уже наступил.
В афганских горах солдат подкармливал хлебными крошками змей у своих ног, за что получил прозвище «змеиный папа». Однажды ночью, когда смена караула задерживалась, на него с откоса упала кобра и обвилась вокруг шеи.
В оккупированном Воронеже в дом, где прячут раненых, входит немецкий офицер и просит прикурить. С чердака внезапно раздаются стоны, выдающие тайник.
Спустя двадцать лет после войны запах соляры и гари возвращает бывшего танкиста в прошлое. Посреди ночи он просыпается от духоты и видит на стуле обгоревший силуэт командира, которого считал погибшим.
В голодные военные годы старший сын ломает дедушкины часы, чтобы отец не уходил к солдатам за едой. Когда отец всё же чинит их и уходит, он возвращается с целым состоянием — ягнятиной, приправами и обещанием сытой жизни. Но почему мать не притрагивается к еде, а в мясе чувствуется странная сладость?
В осажденном городе, где небо выжжено зноем, а стены сотрясают удары катапульт, правитель пытается подбодрить уставших защитников. Но среди пыли и гари он замечает странность: вражеское войско, словно по волшебству, переправляет несметные толпы в самый засушливый сезон.
Капитан Попеску, историк по образованию, прибывает в оккупированную Одессу, где его назначают в спецотряд по расследованию серии загадочных смертей. Жертв находят полностью обескровленными, без единой раны, но с необъяснимой сыпью на коже, а город охвачен паникой и слухами о вампире, скрывающемся в катакомбах.
Август в японском городе задыхается от серых туч. Больной мальчик, девушка с женихом-солдатом и старый художник молят богов о солнце — и небо неожиданно расчищается.
В траншее Первой мировой, среди трупов и иллюзий, рожденных усталостью, герой начинает видеть то, чего не должно быть. Но когда он решает последовать за этим видением, граница между внушением и реальностью исчезает навсегда.
В белорусском селе Няфеды компания мальчишек ищет клады в оврагах, где шли бои Второй мировой. Во время раскопок земля под ними внезапно проваливается, открывая глубокую канаву с прогнившими тряпками на потолке. Внутри они находят склад консервов и аккуратно сложенную груду человеческих костей.
В оккупированном Воронеже 1942 года в дом, где прячут раненых, стучится немецкий офицер. Он просит прикурить, и в этот момент с чердака доносятся стоны и шум, выдающие тайник.
Двое воинов закапывают друга на холодном рассвете, но их мысли заняты не могилой, а черепом в руках — артефактом, который должен был нести проклятую силу, но молчит. Вскоре им предстоит дать бой врагу, что уже однажды приходил, и готовить последнюю битву, исход которой не знает никто.
Муж Вики пропал без вести в Афганистане, но женщина отказывается верить в его гибель. Её сон, где он не может перейти реку, и слова местной гадалки лишь укрепляют её надежду. Но чем обернется это ожидание, когда в дом вернется тот, кого она так ждала?
Ночная дорога в Крым, любимая девушка рядом и новейший нейропротез вместо потерянной на войне руки. Идеальная поездка обрывается в миг, когда встречная фура летит прямо на них — и время застывает.
В Хиросиме 1946 года, где голод и радиация косят выживших, тринадцатилетний Джун остается за старшего для младших сестер. Мать уходит в ночь, пообещав добыть еду любой ценой, а мальчик смотрит ей вслед, не зная, что в городе, где даже река выносит кости, цена эта может оказаться непомерной.
Четверо солдат, пробирающихся через вражескую территорию, заметили в ночи спасительный огонек. Дверь им открыла молчаливая женщина в старомодной одежде, которая укрыла их одеялами и дала отдохнуть. Но утром они проснулись не в теплом доме, а на голой земле под открытым небом.
Разведгруппа застревает в брянских лесах у болот, изучая проход для артиллерии. Внезапно разведчик замечает в чаще ветхую избушку, но та не приближается, сколько ни иди. А затем из болота доносится женский крик о помощи.
В послевоенной белорусской деревне бабушка с соседями возвращалась ночью с поля. Посреди дороги лошадь встала как вкопанная, а из кустов навстречу выскочил всадник в солдатской форме и бесшумно пронесся мимо, не обернувшись.
Сталинград, зима 1941 года. Женщина, получившая похоронку на мужа, видит его отражение в зеркале и чувствует прикосновение к волосам. Призрак погибшего солдата начинает являться ей снова и снова, не желая исчезать даже после сорокового дня.
В 1944 году бабушка осталась одна с детьми в подвале бывшего купеческого особняка, где до войны постоянно что-то искали работники органов. Её начали мучить кошмары, а юродивая на паперти вдруг прокричала страшное пророчество: «Ночью к тебе придет мужик бородатый, а ты его топором!». И вот однажды в темноте она услышала тяжелые шаги на кухне, и в дверном проеме появилась мужская фигура.
В оккупированном Киеве журналист встречает старуху-долгожительницу, которая вспоминает, как немцы закапывали евреев заживо у реки Трубеж. Земля после той расправы неделями шевелилась от агонии, но местные не помогли — а потом в проклятом урочище начали пропадать люди, пришедшие за наживой.
На греческом острове Крит есть гора, куда местные жители боятся ходить. Во время войны там расстреляли женщин и детей, и с тех пор каждый, кто ступает на этот склон, теряет чувство реальности или видит необъяснимые вещи.
После войны в деревне бабы тянули всё на себе. Манька Евстропова, получив похоронку на мужа, день ото дня худела и бледнела не от голода, а от страха: каждую ночь, ровно в полночь, к ней в избу кто-то приходил.
В глухой деревне припадочная Матрена задолго до официальных сводок предсказала точную дату начала войны — и всё сбылось. Теперь к ней идут за новыми пророчествами, но она молчит, лишь однажды вцепившись в Колю Жухова, шепчет ему страшное: он не погибнет на фронте, но потеряет всё. Коля уходит на войну в день рождения двойняшек, которых так и не увидел, и с тех пор носит у сердца их фотографию, с ужасом ожидая, когда сбудется второе предсказание.
В глухой деревне, где земля помнит кровавые бои двух войн, местная жительница повстречала в ночном поле паренька без ног. Он тянул к ней руки, словно моля о помощи, а за ним тянулся кровавый след. С тех пор призрак является односельчанам, а его горький плач под окнами предвещает скорую беду.
В запыленном городе, где никогда не бывает дождя, командир квардилии уже шесть лет марширует по пустынным улицам с двадцатью воинами. Он уверен, что давно мертв, а вокруг лишь тени — пока однажды не находит в тени казармы чахлый зеленый росток.
Девка, потерявшая Суженого на войне, окаменела сердцем и перестала плакать. Но однажды ночью он вернулся к ней — мёртвый, с Правдой, которую живые не должны знать. Теперь каждое утро она просыпается с новыми стихами, зовущими в бой, и не помнит, кто их пишет.
Усталый офисный работник засыпает с коньяком в кресле, а просыпается в грязной траншее в роли советского солдата. Капитан грозит расстрелом за сон на посту, а мимо пробегает враг с криком на немецком. Реалистичный кошмар оборачивается адом, когда воздух разрывает вой сирены и предсмертные крики.
Бывший военный Митч нелегально проникает в охваченную войной Африку, где его сразу же берёт в плен отряд вооружённых фанатиков. Чтобы выжить, он должен пройти кровавый обряд посвящения в их ряды.
В первую же ночь в родительском доме меня разбудил дикий мат бабушки, от которого заходилась хохотом вся квартира. Утром она рассказала, что к ней в комнату явился погибший на войне дед и схватил за горло ледяной рукой.
В глухой деревне, откуда мужиков забрали на войну, остались две невестки тосковать по мужьям. Однажды ночью в избу врываются двое верховых — и хозяйки, проснувшись, радостно бросаются их встречать. Но маленький ребенок, уронив вилку под стол, видит то, что заставит его мать в ужасе бежать в амбар.
