В маленькой душной комнате без окон консультант телефона доверия слышит голос глубокого старика с явной деменцией. Тот вежливо сообщает, что его супруге стало плохо, но сам прикован к инвалидному креслу и не может назвать свой адрес.
Накануне поминальных дней на кладбище — ад: «дикие бригады» ночуют прямо среди могил, а я, приемщик заказов, еду к ним глубокой ночью. Убедив перепуганного таксиста заехать внутрь, я возвращаюсь домой и ложусь спать — но через час меня будит жена: на кухне кто-то есть.
В герметичной камере, где запрещены любые оптические приборы, содержится бледное гуманоидное существо. Оно часами бесцельно бродит вдоль стены, но стоит кому-то увидеть его лицо — и в Фонде начинается паника.
В пионерском лагере под Красноярском девятилетний мальчик сбегает в лес, чтобы пережить свою первую влюбленность. Забравшись на сосну, он вдруг понимает, что больше не может оторвать ладонь от ствола.
Весенний четверг обещал быть идеальным: парни сбежал с пар к тестю пробовать хреновуху, но проспал свою остановку. Водитель маршрутки странно бормочет про «чёртово время» и высаживает его посреди пустынной дороги, а единственный транспорт, который подъезжает — трамвай с несуществующим маршрутом, где все пассажиры, не отрываясь, смотрят на новичка.
Весной 50-х электрик срезал путь через лесополосу и наткнулся на группу молчаливых детей. Они играли в странные похороны куклы, уложенной в цветах, а рядом зияли свежевырытые ямки. Внезапно одна из девочек низким голосом приказала: «Скорей закапывай, а то опять начнется!» — и необъяснимый страх сковал бывалого фронтовика.
Зимний вечер застыл в вечной паузе: облака не движутся, снег не тает, а ночь так и не наступает уже полтора года. В пятиэтажке, где живут девяносто три человека, никто не помнит, как здесь оказался, но все знают главное правило — нельзя смотреть в окно, когда на улице появляются равномерные зеленые вспышки.
Мама настаивает, чтобы Руська надел «секретный» свитер с вплетённым волосом и завязала на шее шёлковую верёвочку на семь узлов. Перед выходом в театр она тревожно бормочет о том, что надо было вчера просить освобождение.
В поликлинике, где первый этаж сияет пластиком, а верхние превратились в руины, герой с больной рукой ищет кабинет травматолога. Вместо врачей он находит очередь из людей с чудовищными, несовместимыми с жизнью ранами, которые спокойно ждут приема.
Отец пытается иносказательно объяснить сыновьям значение слова «потец», но те требуют прямого ответа. Чем настойчивее сыновья допрашивают умирающего родителя, тем более странными и пугающими становятся его уклончивые речи.
В электричке нашли мужчину, с ног до головы залитого чужой кровью. Он не мог вымолвить ни слова, а его запертый дом хранил страшную находку — тело женщины с множеством рубленых ран. Но когда криминалисты прибыли на место, орудие убийства исчезло, хотя на свежих фотографиях отчетливо виднелся топор, которого не было в реальности.
Заброшенный дом посреди болота, куда трое путников зашли переждать ночь, оказался на удивление сухим и пахнущим средством от моли. Но когда в темноте захотелось пить, а вода закончилась ещё днём, стало ясно: этот дом хранит не только тишину.
В Мюнхене, в квартире на первом этаже, живёт человек, который годами не выходит на улицу и общается с миром только через курьеров. Всё, что ему нужно, он заказывает онлайн, а ночи проводит в тёмных уголках интернета в поисках особого контента. Но однажды, листая Deep-Web, он натыкается на нечто, что заставляет его замереть — и это не просто очередное видео.
В заброшенном доме на окраине находят тело бомжа, разбившегося при падении с крыши. Вот только дверь на ту самую крышу была заперта изнутри и не открывалась годами. Анализы показывают, что погибший был абсолютно трезв.
В очереди к окошку за карточкой на дни я обменял пачку долларов на пластик, а дома с удовольствием активировал его в устройстве «Харон». Теперь можно проводить время с родителями, дедом на рыбалке и друзьями — главное, чтобы карточки хватило надолго.
Вдовец в уединённом доме посреди лесов Нью-Джерси отвечает на звонок от коллектора. Голос девушки на том конце провода кажется ему странно знакомым, а её вопросы — всё более нелепыми и пугающими.
В десятый класс пришла новенькая — застенчивая, бледная, со шрамом на губе. Одноклассницы её невзлюбили, но когда травля перешла в толчки, тихоня вдруг влепила обидчице пощёчину, от которой та влетела в карту на стене. На стрелке с гопницами Настя Снегирёва снова показала нечеловеческую силу, а на следующий день вернулась за парту пугливой и трепетной, будто ничего и не было.
Студент-медик Андреев заваливает пересдачу по анатомии. Профессор Сергей Федорович непреклонен: ставит «неуд» и сообщает, что спешит на собственные поминки. Андреев в растерянности — ведь коллеги уже поминали преподавателя в прошлом месяце.
В девятом классе тишина рухнула под крик: «Степанчук повесилась!». Одноклассники, которые травили Олесю годами, замерли, а директриса с трясущимися руками приказала забыть о случившемся ради репутации школы. Но когда следователь достал телефон с видеозаписью, стало ясно: правда уже не подчинится приказам.
Перед клиникой Военно-Полевой Хирургии появляется чёрная «Волга» с охраной. Из неё выходит странный пассажир: дорогая одежда, чудовищные шрамы и деформации черепа, нервный тик и букет невиданных цветов. Генерал Дерябин приказывает проследить за ним, но отказывается объяснять, кто это, — и лишь намекает, что когда-то должен был вырезать этому человеку сердце.
Ночное кладбище, незнакомец в старомодном костюме и просьба об огоньке — вот завязка, от которой веет могильным холодом. Согласившись помочь «сторожу» поймать вандалов, герой прячется у могилы, но с каждой минутой всё острее чувствует: в этой ловушке он — не охотник, а приманка.
На борту потрепанного грузового шаттла «Торсон» новичку-штурману предстоит влиться в раздолбайскую команду, где перед прыжком пьют коньяк, а боцман настойчиво советует вскрыть контейнер с секс-дроидами. Но странности начинаются раньше, чем корабль выходит на трассу: кто-то уже подправил навигацию, а местный ИИ звучит подозрительно примитивно для космического рейса.
В день двухлетия Галины Сыроедовой гость шутя спросил, помнит ли она, где была до рождения. Девочка, почти не говорившая до этого, вдруг четко ответила: «Я была в саду». Этот странный ответ отца-изобретателя знаменитого ауросканера «Бодо» заставил задуматься о том, что скрывается за детской памятью.
В крохотном магазинчике «Семёрка пентаклей» отчаявшаяся женщина ищет чудодейственное средство от лишнего веса. Но продавец, прячущий лицо под капюшоном, торгует не просто снадобьями — в его аквариумах плавают омерзительные белёсые твари, а цена за «лечение» достигает восьмисот тысяч. Стоит ли худоба таких денег и такой встречи?
Вернувшись с работы, ты находишь под дверью странное письмо от старушки, которая благодарит тебя за советы по саду и... отрастающие ножки ребенка. Ты уверен, что это чья-то шутка, но на следующий день приходит новое послание, полное жутковатой заботы и упоминаний о «гостях», которым подали мясо. Кто-то упорно считает тебя своим наставником, и с каждым письмом его «благодарность» звучит всё более нездорово.
Тринадцатилетняя Аня Гонцова исчезла по дороге из школы, растворившись в воздухе между камерой у магазина и собственным домом. Два года спустя её старшая сестра Оля шепчет «я хочу умереть» так же часто, как другие просят жвачку. Но когда в парке появляется одноклассница пропавшей, готовьтесь: прошлое не желает оставаться в могиле.
В доме, где стены гниют заживо, а мать медленно исчезает в бутылке, старшая сестра пытается вырастить младшую на полуфабрикатах и страшилках. Но однажды ночью, когда мать возвращается с очередными «друзьями», тишина в детской становится тяжелее, чем обычно.
Однажды я просто понял, что птиц нет. Ни одной пернатой твари в целом городе — и с этого момента я стал замечать и другие странности в реальности вокруг. Кто и зачем создал этот безупречный, но пустой мир, и что случится, когда я доберусь до его создателей?
В подземном лабиринте, где среди факелов мелькают тени и бесшумно парят белые женщины-птицы, мальчик Эван находит прикованного цепями пленника. Тот умоляет ребенка об освобождении, обещая воссоединение с семьей, но в пещере уже чувствуется незримая опасность.
В областной больнице у психиатра Миши появился пациент, который утверждает, что его реальность меняется: деревья во дворе становятся другими, названия любимых жвачек исчезают, а однажды он вернулся домой и не узнал ни квартиры, ни собственной жизни. Он не просит лекарств — он хочет знать, сходит ли он с ума или на самом деле миры пересекаются.
Девушка вспоминает свою лучшую подругу Ингу, с которой их связывала невероятная дружба. Однажды летом по городу поползли слухи о странных силуэтах у моря на ночных фотографиях. Инга, одержимая морем, была готова сутками сидеть на пляже в надежде заснять неведомых тварей.
Зимний вечер, пустынная дорога у морга, и двое старшеклассников, решивших «подружиться» с пухлым новичком Сашей. Обещав показать «злачные места», они уводят мальчика в самый глухой район города, где за серыми стенами больничного комплекса таится нечто, что не терпит чужаков.
Зимой 1942 года в горах Памира, на высоте почти 4500 метров, терпит крушение самолет Р-5. Среди семерых выживших — женщина с двумя детьми и сотрудники НКВД, отрезанные от мира ледяной пустыней. Но главная загадка кроется не в суровой природе, а в дневнике одной из пассажирок, который вскоре станет вещественным доказательством в деле НКВД.
Ночной звонок от старого приятеля, который внезапно оказался у твоего дома. Его настойчивость растет с каждой секундой, а телефон отказывается сбрасывать вызов. Наутро в журнале звонков — пустота, а друг клянется, что спал всю ночь.
Ночная дорога через кладбище, полнолуние и свежевырытая могила, в которую проваливается парень, спешащий домой с танцев. В кромешной тьме он слышит чужое тяжелое дыхание, а затем леденящий душу звук раздается прямо рядом с ним.
Девочка слышит голос матери, зовущей её с кухни, но когда она бежит на зов, из тёмного чулана появляется рука и затаскивает её внутрь.
Врачи называли это «синдромом Франца» — так в городке Джонспорт обозначали вымышленных друзей. Мой Франц появился в семь лет, когда я закопал мамины серьги под крыльцом заброшенного дома, а наутро не нашел ни холмика, ни крестика. Худой рыжий мальчик в старомодной одежде утешил меня безголовым сахарным петухом с ярмарки, которая не проводилась больше года.
В захолустном доме престарелых доживает свой век безногий ветеран с пустой глазницей и шрамом через всё лицо. Он часами неподвижно смотрит в небо, и никто не знает, что на самом деле он видит там, на краю горизонта.
Гармонист Егорыч, чьи пальцы давно изувечены, соглашается играть на деревенской свадьбе. Среди шумного застолья подвыпивший гость вдруг кричит, что когда-то спас Егорыча, и старик нехотя начинает рассказ о той давней зимней ночи.
Ночной рейс в такси оборачивается чередой жутких встреч. Водитель подбирает странных пассажиров: женщину с вороной в клетке, направляющуюся к пустой церкви, и мрачных мужчин с чемоданом, из которого доносятся стуки и скрипучий смех. А мальчик-подросток, умоляющий не подбирать голосующих на пустынной дороге, явно знает о них нечто пугающее.
Ночью в пустом здании политеха, где вы когда-то чувствовали себя в безопасности, распахнутые двери аудиторий встречают вас молчаливым вопросом. Кто открыл их, отключив сигнализацию, пока охранники спят?
В России ежегодно пишут 200 тысяч заявлений о пропавших без вести. Примерно половину находят — остальные исчезают бесследно. Один оперативник Уголовного розыска знает, куда деваются «потеряшки», которых не могут отыскать даже коллеги.
Пражский клоун Вулко наносит грим, готовясь к выступлению, но его мысли то и дело возвращаются в прошлое. Он вспоминает, как в детстве, во время войны в Сараево, наткнулся на нечто в придорожной канаве. С тех пор он не ест свинину.
Новый работник на ночной заправке в Пенсильвании почти не разговаривает, а его смех заставляет стынуть кровь. Вскоре после его смен начинают пропадать целые партии товара, хотя камеры наблюдения не фиксируют ничего подозрительного.
На окраине города в квартире благостного доктора-физиотерапевта стоит модифицированный аппарат электросна. Герой приходит на процедуры, чтобы избавиться от провалов в памяти, и вскоре начинает вспоминать даже то, что, казалось, забыто навсегда. Но однажды под электродами вместо приятных снов приходит образ, который не должен был существовать.
В подвале старого дома жили кошки, но в соседнем, абсолютно таком же, их не было никогда. Через узкое окошко без решётки можно было засунуть руку и погладить невидимого зверя с невероятно мягкой, длинной шерстью — но увидеть его было нельзя.
В заброшенной каменоломне «Оська» двое друзей спускаются в февральскую тьму. Один из них исчезает бесследно, свернув за угол, а единственным спутником оставшегося становится навязчивый звук капающей воды, который, кажется, звучит прямо в голове.
В заброшенной церкви на отшибе деревни каждую ночь перед похоронами над покойницами совершается страшное надругательство. Местные боятся даже говорить об этом вслух, но неприметная и нелюдимая Настя решается провести ночь в гробу вместо мертвой. В полночь в храме раздается грохот, и к гробу приближается косматый черт с хвостом.
Студент, коротающий вечера за Terraria, просит друга принести свежую версию игры на флешке. Запустив новый мир с хардкорным персонажем по имени Natt, он замечает странное название локации «!born» и пугающе уродливую генерацию, но списывает это на баги обновления. Однако, добравшись до подземелья, он обнаруживает, что старик у входа бормочет незнакомую фразу, а внутри его ждёт нечто, чего не было ни в одном превью.
В деревне, где осталось всего три жилых двора, дед запирает на три замка тяжелую дверь, пока внучка Таня ждет его за ужином. Но в черном, как смоль, окне безлунной ночи таится что-то, от чего старик невольно кладет ружье на колени.
